{14.49.6} В то же время Хесберн и Ведеманн, подолгу оставаясь в море, охраняли подверженные вражеским нападениям берега своего отечества, и [однажды], пока они прилежно совершали очередной из своих походов, им довелось напасть на семь разбойничьих кораблейa, при том что у них самих было лишь четыре корабля. 2Во время боя с данами один известный своей храбростью богатырь по имени Мирокb, {Доблесть Мирока} не в состоянии сдержать порывов своей отваги в пределах собственного судна, был настолько уверен в своих силах, что решил в одиночку перепрыгнуть на оказавшийся поблизости корабль Ведеманна, где, поскольку гребцы малодушно сбежали, кроме самого Ведеманна не оказалось никого, кто был в состоянии дать ему отпор. 3Хесберн, чей корабль проплывал мимо, довольствовался тем, что просто посмеялся над ними, решив, что не станет ни мешать врагу, ни помогать соотечественнику, не желая, чтобы показалось, будто он считает правильным, когда сразу несколько человек приходят на помощь в бою против кого-то одного. 4Он отправился дальше и взял в плен знаменитого своей храбростью богатыря Струмика542. 5Между тем Мирока удалось заставить отступить лишь после того, как подоспела помощь с другого корабля. 6Его поведение снискало ему у победителей такое сильное уважение, что, после того как этот воин был схвачен, они, вместо того чтобы заслуженно казнить его, позволили ему внести за себя выкуп, считая, что лучше чтить за доблесть, чем наказывать за преступления. 7Таким образом, хотя Мирока и следовало убить за его бесчестность и вероломство, за проявленную им отвагу они даровали ему жизнь и свободу.
{14.50.0} Тем временем543, сильно утомившись от непосильных забот у себя дома, Эскилль всё настойчивее стремился уйти на покой. С трудом добившись от короля позволения оставить свой пост, {Архиепископ Эскилль стал монахом в Клерво} он отправился в расположенную в Галлии знаменитую обитель под названием Клерво, где, ведя тихую жизнь частного лица, он наконец-то смог сменить суровые будни своей родины на спокойствие добровольного пребывания на чужбине, обнаружив, что находиться среди иноземцев ему куда приятнее, чем среди соотечественников.
{14.51.1} Также в это время жители Валагоста, с неудовольствием обнаружив, что им слишком тесно внутри стен своего поселения, решили значительно расширить ограничиваемое ими пространство. Не удовольствовавшись увеличением размеров своего города, они задумали возвести ещё и ‘новые защитные сооружения’. 2Чтобы враг не мог близко подойти к ним, они вбили возле стен большое число кольев, расположенные поблизости броды перекрыли плотинами, а в глубокие места, дабы сделать их недоступными для кораблей, скатили большие камни. 3Точно так же и во всех остальных местах, опасаясь, что неприятель сможет там проплыть, они либо ‘навалили камней’, либо установили какие-то другие препятствия.
{14.51.2} Эти заграждения не позволили королю пристать к берегу там, где он этого хотел, из-за чего во время следующего похода на склавов нашему флоту пришлось идти через устье реки Свина544. Тогда же были сожжены и оставленные своими защитниками здания в Юлине, в результате чего этот только что заново отстроенный город после уничтожения всех находящихся в нём домов снова оказался в руинах545. 2При этом король опустошил окрестности не только Юлина, но и земли, прилегавшие к Камину, не став, однако, нападать на сам Камин, полагая, что причинит врагам куда больший ущерб, грабя и разоряя их богатства в сельской местности, чем если станет с сомнительным исходом пытаться завладеть тем, что спрятано за укреплениями их городов. 3Что же касается Юлина, то его жители, видя, что их недавно обращённый в руины город не сможет выдержать новой осады, словно лишившись от этого сил, покинули свою страну и искали убежища в Камине, рассчитывая на укрепления чужого города и не веря, что смогут спастись за своими.
{14.51.3} Наконец из тех пределов наше войско направилось в земли, принадлежавшие городу (л.180)|| Озна546. 2Держась на удалении от его стен, даны разорили его окрестности, полагая, что верный и заранее известный ущерб, который они нанесут полям врага, более важен, чем та сомнительная выгода, которую можно извлечь из осады города. Точно так же они полагали, что преследовать тех, кто уже сам разбежался в разные стороны, легче и проще, чем заниматься осадой спрятавшихся за укреплениями. 33атем, когда было решено искать самый короткий путь, по которому можно было бы плыть домой, все склонились было к мнению, что вернуться нужно по ближайшей реке, чьё устье, некогда вполне судоходное, хотя в настоящее время и занесено песком, можно раскопать и вернуть в прежнее состояние547. 4Однако при ближайшем рассмотрении, когда стали видны все сопутствующие трудности, это предложение было отвергнуто. Король решил, что устранить лопатами такое огромное препятствие будет невероятно трудно, и запретил воинам даже браться за эту работу, которая, как казалось, принесёт куда больше издержек, чем пользы. 5Вернувшись к Озну, король приказал установить у его стен метательные машины, полагая, что, сделав вид, будто он готовится к осаде, ему удастся заставить горожан сдаться. Однако те лишь посмеялись над этой его уловкой, что и положило конец этому походу548.