В условиях экономического и внутриполитического подъема Саксонской державы династия сумела использовать перемирие с венграми (924) для больших внутренних реформ, строительства мощной сети оборонительных укреплений и крепостей — бургундов и создания ударной силы своего войска — панцирной конницы[236], что обеспечило победу саксонского войска над венграми на р. Риаде под Унструтом (933)[237]. В результате было окончательно закреплено господствующее положение Саксонской династии над восточнорейнскими герцогствами и международный престиж Саксонии.
Курс на внутреннюю консолидацию страны и на усиление международного значения Саксонии продолжил преемник Генриха I — Оттон I (936—972). За королевской коронацией Оттона I последовала коммендация и присяга герцогов. Каждый из герцогов выполнял определенные служебные функции (маршала, камерария и т. п.). Избрание Оттона I в короли произошло в г. Аахене (936) и сопровождалось возведением его на трон Карла Великого, «откуда Оттон мог видеть всех и был виден всем».[238] Это свидетельствовало о претензии Саксонии на гегемонию в европейских делах и указывало на обращение саксонских королей к каролингской традиции. Решительное наступление на права герцогов и разногласия королевской власти с ними в вопросах внутренней и внешней политики вызвали мятеж герцогов. Он длился целых пять лет (937—942) и нашел своего историка в лице Видукинда.[239]
Систематизация разрозненных, иногда противоречивых и субъективных сообщений хрониста в сочетании с другими данными дает возможность воссоздать общую канву событий.
В коалицию против короля вошли сводный брат Оттона Танкмар, родной брат Генрих, герцог франконии Эберхард, а затем и Майнцский архиепископ Фридрих. Герцоги были недовольны ущемлением своей самостоятельности. Танкмара обошли при передаче правления в Саксонии (после смерти графа Зигфрида) маркграфу Геро. Генрих выступал с претензией на роль главы государства. Фридрих Майнцский пытался восстановить былые позиции своей метрополии. Борьба герцогов с королем приняла затяжной характер и осложнилась нашествием венгров, с которыми мятежники стремились установить контакт. В ходе мятежа погиб Танкмар, но зато к мятежникам присоединился Гизилберт Лотарингский. После поражения венгров мятежники пошли на союз с западнофранкским королем, борьба с мятежниками переросла в войну Оттона I с Людовиком IV, который, однако, вынужден был отступить, а решающая победа верного королю Гермена Швабского положила конец мятежу: Эберхард и Гизелберт погибли, Генрих сдался на милость короля.[240]
Поражение мятежа герцогов имело большие последствия для внутренней и внешней политики Саксонии. Королевская власть повела более решительное наступление на права герцогов, стала прибегать к новым средствам для обеспечения их послушания, наконец пошла на перегруппировку сил внутри господствующего класса. Власть над Баварией была усилена, а герцог ее вынужден был к выдаче королевских (государственных) владений. С самостоятельностью Франконии было покончено: она была подчинена непосредственно королю. Герцогом Лотарингии был сделан сателлит Оттона I рейнский франк Конрад Красный. С целью обеспечить послушание герцогов король прибег к практике установления прямых родственных связей герцогов с династией (Конрад Лотарингский был женат на дочери Оттона I, герцогом Баварии стал брат короля Генрих, герцогом Швабии — сын короля Людольф).
Для более успешной борьбы с феодальной оппозицией король пошел на политику покровительства Баварии, которую отдал брату Генриху, бывшему мятежнику, а отныне ставшему его помощником и союзником.[241] Фактически установился саксоно-баварский союз. В 40-х годах начала формироваться «епископальная политика», существо которой сводилось к пожалованию особых привилегий церковным учреждениям (епископствам и др.) и духовным феодалам, взамен последние обязаны были выполнять определенные требования королевской власти и превращались в ее опору.[242]
Начала меняться внешняя политика Саксонии: экономические (торговые, поземельные) интересы определенной группы феодалов (особенно Баварии) и самой династии в Италии, рост значения торговых путей со Средиземноморьем[243] (в условиях затяжной изнурительной войны с полабскими славянами, отпор которых мешал выходу Саксонии к Балтийскому морю[244]) стремление королевской власти заручиться санкцией папы на «епископальную политику» в Германии[245] — все это содействовало активизации итальянской политики Саксонии и привело к итальянскому походу Оттона (951).
236
240
243
244
G.
245