Затем в Британию было послано обещанное войско [саксов] и, принятое бриттами с ликованием, вскоре освободило страну от разбойников, возвратив жителям отечество. При осуществлении этого не было больших трудностей, ибо те, до которых уже дошел слух о славе саксов, страшились [их] и при одном их приближении далеко рассеивались. Враждебными бриттам были племена скоттов[405] и пиктов[406], и саксы против них повели войну, получив от бриттов все необходимое для жизни. Так [саксы] пробыли некоторое время в этой стране, пользуясь взаимной дружбой[407] бриттов.
Но когда предводители войска увидели, что земля [эта] обширна и плодородна, а жители ленивы в деле ведения войны и что сами жители, [да] и большая часть саксов не имеют прочных мест для поселения, тогда они послали [гонцов], чтобы отозвать большую часть войска, заключили мир со скоттами и пиктами и. сообща[408] с последними выступив против бриттов, изгнали их из страны, а самую страну подчинили своей, власти. И так как остров этот расположен в некоем углу моря, то и по сей день они называются англосаксами[409]. Если бы кто-либо захотел узнать обо всем этом подробнее, пусть почитает историю этого народа, там[410] он найдет [описание того], каким образом и при каких князьях все это произошло и как они пришли к христианской вере благодаря одному из самых святых мужей своего времени, а именно папе Григорию[411]. Мы же возвращаемся к начатой истории[412].
9. После[413] этого умер король[414] франков Гуго[415], не оставив в качестве наследника никого, кроме единственной дочери по имени Амальберга[416], а она вышла замуж за короля тюрингов Ирминфрида[417]. Народ[418] франков[419], с которым государь их обращался по-человечески и милостиво, в знак благодарности избрал своим королем сына [умершего короля], по имени Тиадорик[420], рожденного от наложницы. Тиадорик же, предназначенный в короли, позаботился о посылке посла к Ирминфриду ради мира и согласия. Посол, придя к Ирминфриду, сказал: «Всемогущий и всемилостивейший из смертных, господин мой Тиадорик послал меня к тебе [и], желая тебе здраствовать и долго управлять обширной и великой державой, просил передать тебе, что он считает себя по отношению к тебе не господином, а другом, не повелителем, а родственником[421] и что он хочет сохранять до конца нерушимо узы родства[422] по отношению к тебе, он только просит, чтобы ты не нарушал единодушия в народе франков, ибо [народ франков] будет следовать за ним, как за предназначенным ему королем». В ответ Ирминфрид, как это соответствовало королевскому достоинству, милостиво ответил послу, что он согласен с мнением народа франков, что он не хочет нарушать его согласие, что [сам он] нуждается в мире, но что свой ответ, который касается дел [всего] королевства, он хочет отложить до того времени, когда будут присутствовать его друзья. Почтительно обращаясь с послом, он оставил его на некоторое время у себя. Когда королева узнала, что явился посол от ее брата и что он ведет с королем переговоры о делах королевства, она упросила [некоего] Иринга[423] вместе с ней убедить [ее] мужа [выступить за то], чтобы королевство перешло к ней по праву наследства, так как она дочь короля и дочь королевы. Тиадорик же всего-навсего лишь его [Ирминфрида] раб, ибо рожден от наложницы, и поэтому непристойным будет сдаться[424] собственному рабу. Иринг был человеком[425] смелым, мужественным, обладал быстрым умом и большой проницательностью, в осуществлении [своего] дела проявлял большое упорство [и] умел легко убедить [всякого] в том, в чем хотел, и поэтому расположил к себе Ирминфрида. Когда были собраны князья и ближайшие друзья, Ирминфрид [решил] начать в их присутствии беседу с послом. [Князья и друзья] единодушно советовали [Ирминфриду], чтобы он в своих действиях руководствовался миром и согласием, так как выдержать натиск франков он не сможет, и чтобы особенно [имел в виду], что с другой стороны ему угрожает оружие еще более жестокого врага. Иринг, наоборот, удовлетворяя желание прихотливой женщины, убеждал Ирминфрида не уступать франкам, [заявляя], что он имеет больше прав на наследование королевства и что, кроме того, обширная [его] держава, войско, оружие и прочее военное имущество равны [силам] Тиадорика. В соответствии с этими словами [Иринга] Ирминфрид ответил послу, что он не отказывает Тиадорику ни в дружбе, ни в родстве, однако он не может не выразить удивления, каким образом тот намеревается получить державу[426] прежде, чем свободу, ведь он [Тиадорик] рожден рабом[427], так каким же образом он домогается власти: [ведь] собственному рабу не подобает сдаваться. Посол с возмущением ответил на это: «Лучше бы мне сложить [здесь] перед тобой свою голову, чем слушать от тебя подобные речи; я знаю, что многие франки и тюринги должны будут искупить их своей кровью». Сказав это, [посол] вернулся к Тиадорику [и] не утаил ничего из услышанного. Тиадорик же, скрывая под веселым выражением лица сильный гнев, заявил: «Нам следует торопиться поступить в услужение к Ирминфриду, но пока мы не лишились свободы, давайте пользоваться суетной жизнью». И когда [Тиадорик] с сильным войском приблизился к границам тюрингов, он застал там [уже] своего зятя, ожидающего также с сильным войском[428] в местности под названием Ронненберг[429]; начавшись, сражение шло с неопределенным исходом на протяжении первого и второго дня; лишь на третий день Ирминфрид потерпел поражение, уступил Тиадорику и бежал, наконец, с остатками своей дружины в город под названием Скитинг[430], расположенный на реке, называемой Унстроде[431]. Тиадорик же, когда были собраны князья и воины[432], спросил, каково мнение войска, а именно: считает ли оно необходимым преследовать Ирминфрида или вернуться на родину. Среди тех, [кто присутствовал], был Вальдрин[433], который, будучи спрошен, ответил: «Я полагаю, что ради погребения павших, ухода за ранеными, созыва большего войска надо вернуться на родину, ибо я не думаю, чтобы, потеряв большое число воинов, мы могли успешно завершить эту войну. Ведь если бесчисленное множество варварских народов[434] поднимается против нас, то с помощью кого тогда ты [Тиадорик], одержишь победу, если наши [воины] столь ослабли?»
406
Пикты — древнее племя, населявшее Шотландию; вело войны с бриттами, англосаксами и скоттами; в IV в. покорено скоттами и смешалось с ними. О яиктах говорит Беда
407
Понятие дружбы у Видукинда выражается словом «amicitia», согласно хронисту, дружба основывалась на «праве меча»
410
Имеется в виду «Церковная история англов» Беды Достопочтенного
412
Оборот, с помощью которого автор возвращается от экскурса к основной теме, характерен был для Саллюстия, от которого в значительной степени заимствовал стиль Видукинд. Для Видукинда в этом обороте примечательно, что свой труд он называет «историей» («vero coeptam historiae viam reccurraimus»).
413
Текст с этой главы до главы 17 представляет собой компактное целое. Историю борьбы франков и тюрингов и вмешательство саксов описывают «Кведлинбургские анналы» («Annales Quedlinburgenses», S. 25). По сравнению с анналами сообщение Видукинда полнее и отличаемся по форме (диалог).
414
В подлиннике «rex». В словаре Видукинда это слово обозначает господина королевства («dominator regni»), отличительными качествами которого являются «maiestas» (достоинство), «potestas» «(власть), наличие двора, расположенного во дворце резиденции («ipolatium»)
416
Амальберга была племянницей остгота Тиадорика. Бракосочетание состоялось позже описываемого события. Видукинд воспроизводит отношения, существовавшие при избрании короля у саксов.
418
В подлиннике «populus», в данном случае соответствует термину «gens», и в этом смысле он обозначает франков
419
Франки — группа племен западных германцев; в конце V в., в обстановке распада Западной Римской империи, завоевали Галлию и положили начало Франкскому королевству.
421
Согласно концепции Видукинда, король, являющийся господином по отношению к своему народу, имеет основание выступать господином по отношению к другим народам и получает тогда наименование «император», т. е. «повелитель» (от лат. «imperare» — повелевать).
422
Спор о праве наследства («ius haereditarium»); Тиадорик, рожденный от наложницы, пытался унаследовать имущество дяди, однако его сестра перенесла право наследства на своего супруга.
424
В подлиннике: «manes dare». Это выражение было формулой договорного отношения; договор скреплялся взаимной подачей руки и фактически означал подчинение одной из сторон (ср:
425
В латинском тексте автор прибегает к характеристике своего героя с помощью стилистического приема, известного у авторов сочинений на латинском языке под названием «notatio» (списывание). Существо приема состояло в перечислении характерных черт персонажа с помощью ряда существительных с последующим переходом посредством грамматической формы gerundium к характеристике действий (с помощью глагольных форм). Этим приемом пользовались многие античные авторы и представители средневековой агиографии, а также хронисты, в частности Эйнгард и Саксо — авторы, известные Видукинду (подробнее см.:
426
В подлиннике «imperium». В данном случае в смысле «держава». Термин «imperium» употребляется и Видукинда в трех значениях: 1) в смысле простого приказа
427
В подлиннике «servus natus». Характерное указание на деление общества на социальные слои.
428
В подлиннике «cum gravi exercitu». Термином «exerdtus» у Видукинда обозначается вооруженная часть народа, имевшая голос при избрании короля и право вмешательства в государственные дела
429
Очевидно, имеется в виду Ронненберг у Ганновера. Некоторые полагают («Geschichtsschreiber»..., S. 16) — близ р. Унстроде
432
В подлиннике «mitites». В отличие от министериалов были свободными и «благородными» («nobiles»)
433
О ком точно идет речь, судить трудно. Можно предположить, что это был франк, о котором народ знал из песен, распеваемых бродячими певцами и мимами.
434
В подлиннике «barbarae nationes». Обычно хронист понимает под этим названием славян. Однако в данном случае это выражение, очевидно, надо понимать в смысле античной терминологии (ср.: