Перечень имений Ане включает множество приобретений, постепенно сделанных Луи де Брезе и Дианой для расширения сеньории. Брезе с 1496 по 1530 год сделал двадцать одну покупку: он приобрел дома, сады, а также ренты с недвижимости и владений, уже входивших в состав Ане или примыкавших к его границе со стороны Иври. Затем, в период тяжб и споров, ознаменованный процессом с королевским прокурором, покупки прекратились. Диана вновь энергично принялась покупать и заключала сделки с 25 июня 1543 года до 25 августа 1560 года: за это время она сделала сотню приобретений. После раздела ту же политику продолжали Луиза де Брезе и ее муж Клод д’Омаль. Похоже, Диана в течение 17 лет планомерно продолжала дело своего супруга: она купила десяток построек, расположенных слишком близко к замку, лишь для того, чтобы их снести; с 26 июня по 3 сентября 1547 года приобрела множество полей и садов для расширения зеленых угодий; потом, в августе 1548 года, — карьер, «чтобы добывать камень для строительства», и земельные наделы, где устроила «новое игровое поле», то есть площадку для игры в мяч. Среди покупок, увеличивших доходность земель, можно отметить поларпана виноградников, купленных 25 июня 1543 года, и еще восемь, расположенных в Рувре, — 25 февраля 1559 года[588].
Там фигурирует еще «остров Куртансон между Нантийи и Примаром площадью в 79 арпанов». Луи де Брезе отправил туда в 1509 году пастись стадо из 67 коров. Но Диана постоянно вела тяжбы с соседними землевладельцами, утверждавшими, что тамошний выпас принадлежит им. Она передала своим наследникам право взимания налогов за ловлю рыбы в Эре, за использование обычной печи и пресса, а также пошлин за проезд через земли, переплытие реки, взвешивание и замер размеров продукции, за использование сукновальни и мукомольни в Ане, Эзи и в Ла Шоссе д’Иври[589].
Помимо Ане, Диана признала за своей дочерью, герцогиней д’Омаль, владение сеньориями Бонкур и де Лоне, купленными ею 29 декабря 1548 года у Шарля де Коссе-Бриссака и его супруги за 6 тысяч золотых или «солнечных» экю[590].
К Ане относились и другие феоды: де Баран, де Бурлие, Мондревиль и Ла Мар, купленные Луи де Брезе, а также Равиль и де Данжи, принадлежащие к округу Серизи, приобретенные им же, и часть надела, называемого «Остров» посреди реки Эр. К доходам, получаемым за счет феодальных налогов, добавлялась выручка от продаж леса и кустарника на вырубку, рента с ферм на землях Ане, Иври и Гаренн, Уллен и Гуссанвиль, Мондревиль, Буа-ле-Руа.
Диану удовлетворило, что ей удалось точно поделить имущество между кланами Гизов-Омалей и де Ла Марков-Буйон-Монморанси. Она полагала, что таким образом укрепила обе семьи, на которые могла опереться и которые, как она верила, обеспечат победу католической веры и порядка в королевстве.
Нормандские земли вскоре охватила смута. Во время гражданской войны Руан попал в руки гугенотов. Вместе с герцогом Гизом юный король и королева-мать принимали участие в осаде города с 6 по 26 октября 1562 года. Верхом или в карете, под стрельбу из пушек и аркебуз Екатерина путешествовала по стране, пересекала реки и леса, где некогда охотилась со своим супругом и Дианой[591].
Губернатором провинции в то время был Анри де Ла Марк, внук герцогини де Валентинуа. Подозревали, что он симпатизирует протестантам. И губернатора поставили под контроль его собственного дяди, герцога д’Омаля, получившего при нем должность главнокомандующего. Католический триумвират, отвечая пожеланиям герцогини де Валентинуа, умел быть вездесущим[592].
592
J. Guiffrey, ук. соч., стр. 185 и 186, п. 2: письмо Дианы к супруге коннетабля, Лимур, 19 октября 1562 года.