Мисс Чаллонер прошла по коридору мимо столпившихся слуг в столовую. В то самое мгновение, когда она собиралась ступить на лестницу, ведущую в ее комнату, в холле раздался добродушный голос, сказавший по-английски:
— Вот черт, да тут ни одной живой души! Эй там! Есть кто-нибудь?
Мисс Чаллонер бросила взгляд в сторону входной двери. На пороге стоял щеголеватый человек средних лет, плащ его распахнулся, обнажив роскошный камзол из пурпурной ткани с золотой шнуровкой и наимоднейшую цветастую жилетку. Джентльмен не заметил мисс Чаллонер и, она, памятуя о своем растерзанном платье, скользнула обратно в темный коридор. Хозяин, заслышав шум, юркнул в холл, где был встречен требованием дать ответ, что за мор напал на его владения.
Лепет перепуганного хозяина прервало бурное появление медноволосой дамы в туалете из зеленой тафты и развевающемся плаще.
— Говорила я тебе, что мы его найдем, Руперт! Voyons, я довольна, что мы поехали в Дижон.
— Насколько я могу судить, мальчика здесь нет, — ответил его светлость. — Черт, не могу разобрать, что лопочет этот малый!
— Разумеется, он здесь! Я видела его карету! Скажите, милейший, где английский месье?
Мисс Чаллонер непроизвольно поднесла руку к раненому плечу. Властная и очаровательная дама, должно быть, приходится матерью маркизу, догадалась она. Мери оглянулась в поисках пути к бегству и, заметив позади себя дверь, не колеблясь, толкнула ее и оказалась в некоем подобии кладовой.
Хозяин пытался объяснить, что в доме собралось несметное количество англичан, которые то пребывают в истерике, то устраивают дуэли. Мисс Чаллонер расслышала слова лорда Руперта:
— Что? Дерутся? Клянусь жизнью, Видал здесь! Что ж, я рад, что мы не зря притащились в это непотребное место, но, если Видал в ярости, лучше держаться от него подальше.
В ответ на предостережение милорда герцогиня потребовала немедленно проводить ее к сыну, и хозяин, ошеломленный нашествием эксцентричных островитян, выразительно всплеснув руками, направился в гостиную.
Мисс Чаллонер напрягла слух и разобрала восклицание лорда Видала:
— Гром и молния, да это матушка! Как, и дядюшка Руперт? Какого дьявола вы здесь?
Ответ лорда Руперта был чрезвычайно информативен:
— Вот тебе раз, черт бы тебя побрал!
Затем раздался голос герцогини, удивительно ясный и звонкий:
— Доминик, где девушка? Почему ты убежал с Джулианой? Что ты сделал с той, другой, к которой я уже питаю безграничное отвращение? Mon fils[80], ты должен на ней жениться, я не знаю, что скажет Монсеньор, но твое безрассудство разобьет мне сердце. О, Доминик, я так не хочу, чтобы ты женился на этой особе.
Мисс Чаллонер не стала больше ждать. Она выскользнула из кладовой и через столовую поднялась наверх. Оказавшись в солнечной спальне, выходящей на улицу, Мери без сил опустилась на стул у окна, лихорадочно обдумывая план бегства. Внезапно она ощутила, что плачет, и яростно смахнула слезы.
Мери подошла к окну. Внизу стоял огромный неуклюжий экипаж, нагруженный багажом. Кучер взобрался на козлы и наклонился к тучному господину, державшему в руках плащ и саквояж. Мисс Чаллонер рванулась к двери.
Одна из горничных, что совсем недавно наслаждалась спектаклем, устроенным постояльцами, возилась в коридоре.
Мисс Чаллонер окликнула ее и спросила, что это за экипаж стоит у гостиницы. Горничная изумленно посмотрела на Мери и ответила, что, по ее мнению, это дилижанс из Ниццы.
— Куда он направляется? — мисс Чаллонер дрожала от еле сдерживаемого волнения.
— В Париж, bien sûr, madame, — ответила девушка, и, к ее изумлению, странная постоялица тут же скользнула обратно в комнату. Через несколько секунд мисс Чаллонер снова появилась в коридоре, на сей раз в накинутом на плечи плаще и с сумочкой, набитой жалким скарбом, и поспешила вниз по лестнице.
Внизу никого не оказалось. Мери без помех пересекла столовую, холл и в мгновение ока очутилась на крыльце. Кучер, собравшийся было взмахнуть кнутом, в последнюю секунду заметил жест мисс Чаллонер, опустил орудие труда и вежливо поинтересовался, что мадемуазель угодно.
Мадемуазель угодно было занять место в дилижансе. Кучер окинул ее пристальным взглядом и важно промолвил, что это можно устроить. А куда мадемуазель направляется, полюбопытствовал он.
— Сколько нужно денег, чтобы добраться до Парижа? — спросила мисс Чаллонер, слегка покраснев.
Кучер назвал сумму, существенно превышавшую скудные средства Мери. Подавив гордость, мисс Чаллонер сообщила ему, сколько денег имеется в ее распоряжении, и спросила, до какого места она может доехать. Кучер усмехнулся и назвал Пон-де-Муан, городишко в двадцати пяти милях от Дижона. Он добавил, что необходимо оставить немного денег на ночлег. Мисс Чаллонер смиренно поблагодарила его и, поскольку в данную минуту ей было все равно куда ехать, лишь бы вырваться из Дижона, ответила, что Пон-де-Муар ее вполне устраивает.