С минуту она сидела, уставясь на телефон, про себя заканчивая последнюю гневную тираду.
«Лучше бы тебя никогда у меня не было. Ты с самого начала несла мне сплошные неприятности».
Все пошло наперекосяк, когда Чарли вернулся домой из очередного тура. Она вышла к дверям его встретить с Эммой на руках. Джуд так долго ждала того момента, когда он к ней возвратится, – предвкушая их великое воссоединение, – однако все пошло совсем не так, как она планировала.
Она ожидала, что Чарли явится к ней с розами и кольцом, с предложением руки и сердца, однако тот не принес ничего, кроме сумки с грязной одеждой и россказней о своих ночных попойках. А когда он потянулся взять малютку, Джуд не смогла выпустить ее из рук. Этот ребенок явился удачной сделкой, которую они между собою заключили, но Джуд хотела быть уверена, что Чарли все же играет по ее правилам.
Проглотив свое разочарование, Джуд попыталась приобщить Чарли к их новой семейной жизни, позволив ему поменять Эмме подгузник и даже приготовить ей еду. Но все равно не давала ему подолгу держать малышку на руках. Он должен был заслужить эту привилегию.
– Она уснула, Чарли, – говорила Джуд, когда тот пытался взять ребенка на руки. – Не надо ее будить.
Она видела в его глазах обиду, однако это не могло ее поколебать. Ей требовалось осмотрительнее держаться в отношении дочери.
Весь тот первый вечер после его возвращения она почти не выпускала Эмму из рук, стараясь держать ребенка между собой и Чарли.
Когда она по телефону сообщила Чарли, что родилась Эмма, он ничего не спрашивал про сами роды. Ему просто хотелось узнать какие-нибудь подробности о появившемся малыше.
– А как она выглядит, Джуд? У нее такие же красивые глаза, как у тебя?
Но теперь, впервые за долгое время усевшись напротив Джуд, Чарли пожелал узнать все. Джуд ему объяснила, что предпочла естественные роды – чтобы никакие доктора никакими своими металлическими инструментами в ней не ковырялись, – а потому решила рожать дома, с подружкой, работавшей доулой.
Чарли скривился. Для него все это было слишком приземленно. Он не посещал никаких занятий для будущих родителей, не прочитал ни одной книжки. «Слишком занятая рок-звезда», – усмехнулась про себя Джуд.
Он постарался увильнуть от кровавых подробностей самого процесса, сфокусировав внимание на том, кто такая доула.
Джуд ему объяснила, что доулы испокон веков помогают женщинам в родах. Часто в этой роли выступали сестры или тетушки, однако Джуд со своей доулой познакомилась на занятиях по подготовке к естественным родам, организованных фондом NCT. «Национальным фондом по родовспоможению[23], Чарли», – пояснила она.
– Звучит круто, – оценил он.
А когда Чарли, позевывая, предложил уже пойти в постель, Джуд заставила его спать в гостиной на диване – чтобы его не беспокоил плач малышки.
Наутро он пришел к ней в спальню с чашкой чая и сел на край кровати.
– Мне очень жаль, что меня не было с тобою рядом, Джуд. Но теперь-то я здесь. О’кей?
И она ответила «да» – надеясь, что вслед за этим он заговорит о браке. Однако Чарли лишь обнял Джуд и попытался забраться к ней под одеяло. Она обеими руками отогнала его прочь, сказав, что ей пора покормить Эмму.
Спустя две недели, когда напряженная атмосфера в доме уже удушающе действовала на них обоих, Чарли не выдержал:
– Скажи мне, бога ради, что у нас тут происходит?
Он стоял у окна, глядя наружу, а не на нее.
– Ты совершенно изменилась, Джуд. Ты постоянно какая-то взвинченная, по любому поводу. Прямо как параноик. Ты даже не даешь мне взять в руки собственного ребенка. Как будто я не имею к ней никакого отношения. Как будто это только твоя дочь.
Джуд опустила Эмму в люльку-переноску и ответила ему как можно более ровным и спокойным голосом:
– Извини, но мне все приходится делать самой. У меня даже нет уверенности, что ты намерен здесь остаться.
Чарли пожал плечами, по-прежнему стоя к ней спиной.
– Ты обращаешься со мной как с посторонним. И это заставляет меня задуматься: а имею ли я вообще к ней какое-то отношение? Она что, дочь кого-то другого? Так, что ли?! Ты что, спала и с другими парнями?!
Джуд до сих пор ощущала, каким жаром окатило ее тогда, когда он резким голосом выкрикивал такие обвинения в ее адрес. Она стала уверять Чарли, что ни разу не спала ни с кем другим, что Эмма его дочь. Но тот уже ее не слушал. Предположение, что ему изменили, вытеснило у него из головы всякий здравый смысл.
«Видимо, так оно и бывает в их мире рок-звезд», – сказала себе Джуд.
– Чарли, послушай меня, пожалуйста. А что, если нам с тобою пожениться? Может, все это потому, что я не уверена в твоей преданности, в серьезности твоих намерений? Может, именно это и встало вдруг между нами?
23