Повинуясь энцефалокомандам, робоконь двинулся вниз по склону, миновал рощицу и вскоре выбрался на древний аналог шоссе, хотя язык не поворачивался назвать так широкую тропу, испещренную следами копыт. Изначально решив действовать нахрапом, Мэллори презрел густую сень дубов и буков, и вывел скакуна на середину тропы. Несмотря на предрассветный час, «шоссе» пустовало. Впрочем, этого следовало ожидать. Свободные граждане редко высовывались на улицу после заката, да и странствующие рыцари с наступлением ночи предпочитали отсиживаться где-нибудь в таверне.
Мэллори ухмыльнулся. Если почитать «Смерть Артура» , можно вообразить, будто рыцари геройствуют круглые сутки: убивают чудовищ, спасают прекрасных дам и рыщут по свету в поисках Грааля. Совсем другое впечатление складывалось, если читать между строк. После беглого знакомства с книгой Мэллори не покидало ощущение, что поиски Грааля служили лишь ширмой. С куда большей охотой рыцари Круглого стола предавались пьянству и разврату под прикрытием благородной миссии; и именно это ощущение легло стало отправной точкой стратегии «сэра Галахада». «Шоссе» петляло из стороны в сторону, ровные участки попадались не часто, да и то в силу особенностей ландшафта. На долю секунды Мэллори почудился топот копыт, однако дорога по-прежнему оставалось пустой. Наконец по левую сторону обозначилась бледная громадина замка. Подгоняемый энцефаловолнами, Шальные Деньги засеменил к крепостным воротам. Карбонек не мог похвастаться наличием рва, зато опускная решетка впечатляла. По бокам от нее восседали огромные каменные львы, в нишах по периметру ярко горели факелы. На высокой стене дежурили стражники в кольчугах и шлемах, их алебарды вспыхивали в мерцающих языках пламени. Мэллори сглотнул: близился момент истины.
Он натянул поводья, вскинул щит, демонстрируя алый крест в центре, и, вложив в голос всю отвагу, закричал на ломаном староанглийском:
– Я, сэр Галахад, рыцарь Круглого Стола, явился взглянуть на Святой Грааль![17]
На крепостной стене началась суматоха. Желая угодить гостю, стражники соперничали друг с другом за право привести в действие громоздкий лебедочный вал, поднимающий решетку. Под аккомпанемент скрипов, стонов и скрежета решетка медленно поползла вверх. Мэллори с трудом дождался, пока ее поднимут на высоту, достойную подлинного сэра Галахада, и, очутившись во внутреннем дворике, мысленно поздравил себя с удачным перевоплощением.
– Поезжайте в главную крепость, сэр рыцарь. Оттуда шестьдесят шагов по левому коридору, и вы узрите Святой Грааль,– прокричал один из стражников. – Прибудь немногим раньше, вы повидались бы с сэром Ланселотом Озерным. Намедни он тоже побывал в крепости, но тотчас же удалился.
Если бы не шлем и железные перчатки, Мэллори вытер бы вспотевший лоб. Одно дело обмануть охрану, и другое – изображать из себя сэра Галахада перед его родным отцом. У своего почти полного тезки он вычитал, что Ланселот наведывался в Карбонек незадолго до сына, но автор не уточнял временной диапазон. Разминулись ли они на несколько минут, часов или лет – вот в чем вопрос. Но куда больше Мэллори тревожило, чей именно визит описывался в «Смерти Артура»? Если подлинного Галахада, тогда миссия провалена, если же фальшивого, тогда можно праздновать успех. К несчастью, тезка выражался слишком туманно – не поймешь, где кто находится, и когда.
Во внутреннем дворике не было ни души. Миновав его, Мэллори спешился, энцефалопатировал скакуну стоять смирно и поднялся по каменным ступеням, ведущим в замок. Не встретив на пути никаких препятствий, он вскоре очутился на пересечении трех коридоров. Центральный упирался в просторный зал. Два других расходились под прямым углом влево и вправо. Из залы доносился громогласный хохот рыцарей и знати, пировавших за длинным столом. Там же восседали дамы в роскошных шелках, застывшие в почтительном поклоне слуги сгибались под тяжестью многолитровых бутылей. Мэллори ухмыльнулся. Его догадка подтвердилась – король Пелес с подданными кутили напропалую.