Полчаса спустя ей позвонила Мелоди.
– Мы сегодня вечером встречаемся, как договаривались?
– Да, я привезу с собой мой аппетит.
Мелоди хихикнула.
– Значит, ты приедешь?
Келли подтвердила. На этом разговор закончился. Она облегченно вздохнула. Впервые ее пригласили на «девичник», из тех, которые Мелоди изредка организовывала по пятницам. Келли не могла дождаться вечера. Конечно, из всех «девочек» она будет единственной одинокой женщиной, но кого это может волновать? Отдых ей просто необходим. В списке текущих дел веселье и благопристойные развлечения находились на приоритетных местах. Проще всего достичь этого в компании женщин-христианок.
Улыбаясь, Келли постаралась сосредоточиться на том, что предстояло ей сегодня вечером, но мысли ее невольно возвращались к Джеку. Разговор в его кабинете оставил хорошее впечатление.
«Приятный парень», – подумала она.
Вот только Келли лично видела, как приятные парни в припадках ярости превращаются в сущих уродов. Она сама была замужем за таким. К тому же, приятный он или нет, у нее и без Джека есть о чем беспокоиться.
«Надо с этим разобраться», – решила она.
Прежде чем двигаться дальше, необходимо разобраться с этой Натали Ливингстон, укротительницей драчунов.
Глава 20
Оставив машину дома, Джек направился пешком к парку, надеясь встретить там Лауру и Натти. Он нашел их сидящими на лавочке и наблюдающими за теми немногими детьми, которые не боялись испачкаться. Прошлой ночью шел дождь, и в парке до сих пор было довольно грязно. Натти, плотно сжав губы, упражнялась в искусстве игры с йо-йо, а ее няня тем временем вязала крючком.
Первой его заметила Лаура. Заслоняя глаза от солнца, она приветственно помахала ему рукой.
– Мы решили немного перевести дух, – сказала она, когда Джек присел рядом. Указав на зонтик, она добавила: – Натти настояла, чтобы я прихватила его с собой. Она надеется на то, что, если мы возьмем зонтик, дождя не будет.
«Вполне разумно», – подумал Джек.
Самодовольно улыбнувшись, Натти вскочила и забросила йо-йо в нянину сумку.
– Надоело сидеть.
Джек рассмеялся, провожая взглядом несущуюся во всю прыть девочку. Он не помнил, чтобы ребенок прежде был таким непоседой. Теперь Натти носилась по детской площадке, похожая на пчелку, перепархивающую с цветка на цветок. Девочка со всех ног подбежала к качелям, запрыгнула на них и принялась раскачиваться. Как только качели поднялись достаточно высоко, она ловко соскочила с них и побежала к горке, чтобы через пару секунд помчаться дальше.
Спустя несколько минут Натти подбежала обратно к скамейке и села, опершись руками о коленки.
– Ты покупаешь волшебную пыль?
Они часто шутили по этому поводу: девочка хотела летать без крыльев. Джек ухмыльнулся. Как будто он мог забыть.
– Хочу покататься с тобой на больших качелях, – попросила Натти.
Джек с готовностью последовал за ней. Впрочем, подходящие качели, способные выдержать вес мужчины, весившего сто восемьдесят фунтов[49], и шестидесятифунтовой[50] девятилетней девочки, надо было еще поискать. Они долго устраивались, и наконец Джек уселся где-то между краем и серединой, уравняв таким образом вес.
«Через пару лет она уже не захочет водиться со своим стареньким папой, – подумал он. – Куй, пока железо еще горячо».
После они все втроем вернулись домой пешком. Натти набрела на вполне безобидно выглядевшую лужу, оставшуюся после вчерашнего ливня. Прежде чем Джек успел вмешаться, девочка прыгнула туда, подняв в воздух фонтан грязной воды, которая забрызгала ей ноги, руки и даже попала на лицо. Натти застыла как громом пораженная, не веря в то, что она натворила.
– Я не хотела.
«Надеюсь, так оно и было», – подумал Джек.
На его месте Сан наверняка бы употребила свою коронную фразу: «Тебе уже девять лет. Пора вести себя как взрослая, а не как карапуз». Натти терпеть не могла, когда тетя начинала ее отчитывать. Смятение девочки, впрочем, его порадовало. Обычно Натти вела себя очень самоуверенно, совершенно не страдая детской застенчивостью.
Грязь заляпала Лауре передник и туфли. Она явно была раздосадована, но постаралась изобразить на лице добродушную, несколько беспомощную улыбку. Джек обнял девочку.
– Я грязная, папа! – воскликнула она.
Однако он все же поцеловал ее в не совсем чистые волосы и едва удержался от желания обнять еще и Лауру.