— Мэтр, вы бы спустились, — слушая проникновенный диалог Вига со стеной, Фриолар всерьез обеспокоился. Мало ли… Стена обледенела, или Виг отвлекся — а потом р-раз, и шея сломана. И добро бы одна…
— Поднимайся к нам, красавчик! — хихикнула Касси. — Мэтр, а слабо вам превратить своего алхимика в летучую мышь? Чтоб, значит, не только соболям страдать…
Волшебник рассердился и спихнул расшалившееся привидение со стены. Не удержался — что, собственно, Фриолар и предсказывал, — и рухнул следом. По счастью, в глубокий сугроб.
Привидение хохотало так, что едва не выпрыгнуло из своей призрачной одежки. Улучив момент, когда Фриолар извлек мага из снежного плена, Касси пристроилась рядом; точнее будет сказать, что она, пользуясь своим нематериальным состоянием, повисла на широком плече молодого человека, зацепилась за шею призрачным шлейфом, и вернулась в гостиную с царским комфортом.
— Говорю вам, мэтр, — этого рохлю и маменькиного сыночка в Вертано ограбит первый же лавочник. Помяните мое слово. А если вдруг повезет с лавочником, к вечеру его или разденет какая-нибудь гулящая красотка, или прирежет ее дружок. Я, пока в Университетской Библиотеке призраком работала, на школяров насмотрелась, знаю, чего от них ждать. Как рассказывать, на каком ходу Роберто III выиграл у Ранна Сонного Луазскую провинцию[36], это они могут. А как сосчитать — с чего это у герцога трижды сыграл Шут, когда в колоде таких карт всего одна, — этого от алхимиков и ждать не стоит… Вы б меня заколдовали, мэтр, — ненавязчиво предложила Касси. Теперь она расположилась над камином: одновременно и удобно, и мэтра Вига хорошо слышно… Еловые ветки в серебряной вазе можно использовать вместо веера, а часы, которые Фриолар поставил ровно посередине каминной полки, можно считать экзотическим поясом. — А что? Я в Пелаверино все ходы и выходы знаю, я вашу внучку за неделю нашла бы!
— Не трынди, два горя, три несчастья, — отмахнулся Виг. Оттолкнул секретаря и по-собачьи встряхнулся, разбрызгивая налипший на одежду снег. — Как ты собираешься кого-то искать, если даже собственную задницу найти не в состоянии?
Фриолар принял отповедь на собственный счет и обиделся. Касси поняла, что Виг за что-то сердится на своего сверхтерпеливого секретаря, и продолжила:
— Цените, мэтр, я собираюсь вам помогать практически безвозмездно! Ну, а в качестве ответной любезности вы можете сотворить для меня какое-нибудь тело, — предложила деловая барышня. — Только, пожалуйста, не надо экспериментов над местным зверьем! Если вы сотворите новую меня из какой-нибудь не в меру упитанной крысы, вам же будет хуже.
— Она еще и привередничает! — недовольно заворчал волшебник. — Тебя, милочка, убили? Убили. Привидением стала? Стала. Это сейчас, пока со времени смерти пяти полных лет не прошло, у твоего духа опорные связки не расшатались, аура помнит, какой ты при жизни была. А пройдет еще лет двадцать — превратишься в туманную кляксу, послушаю я тогда, как ты запоешь… Вплавлю тебя в какую-нибудь склянку… А еще лучше, в Тройного Оракула! Эй, алхимия! Тащи сюда крокодилов!
— Не надо! — испугалась Касси, только сейчас сообразив, что старик вполне способен выполнить свою угрозу.
— Не надо, мэтр, — эхом отозвался Фриолар. — Не думаю, что материализация делириозных фантазий сможет улучшить ваш любимый артефакт. Оракулы и так отличаются повышенной разговорчивостью, если вы их еще чуть-чуть усовершенствуете, боюсь, Астральные Сферы не выдержат такого кощунства.
— И правда, — спохватился Виг. — Мне от их предсказаний и так житья нет. Так что сиди, приблуда неживая, и не мешай мне интеллектом напрягаться. Эй, алхимия, чего скалишься? Видишь же, пожилой человек размышленьями отягощен! Неси выпить!
— Пожалуйста.
Оставалось только умиляться тому, с какой важностью исполняет занудливый алхимик обязанности виговой няньки: не прошло и двух минут, как Фриолар доставил на серебряном подносе большой кубок, тарелочку с нарезанным лимоном и блюдо с маленькими бутербродиками.
Стараясь казаться безразличной — хотя для кого стараться? Секретарь ее не видит, а Вигу на всё чихать, — Касси потянула носом. Фриолар готовить не умел, это она уже выучила… Но даже худшему кулинару на свете не удалось бы испортить свежий хлеб и копченое сало. Продукты покупались во Флосвилле, а сало принес господин Беарри, в обмен на антиклопиную фигурку-оберег. И вообще, это настоящее извращение, есть мясо убитый животных… особенно в присутствии призрака, который не может поступить так же…
36
Имеется в виду знаменитая партия в «Короля и Звездочета», стоившая Кавладору города Луаза и одноименной провинции. См. Примечания