Создание полиции нового типа было определено в качестве одного из приоритетов правительства Саакашвили. Силовую структуру, ориентированную не на защиту прав и законных интересов граждан, а на охрану государства, предстояло трансформировать в полицейскую службу, работающую для населения. Кроме того, требовалось обеспечить более высокий профессиональный уровень будущих сотрудников. Кандидаты проходили не слишком длительную, но весьма интенсивную подготовку с тем, чтобы как можно скорее приступить к работе в новом качестве. Тренинги осуществлялись при активном содействии ОБСЕ, Совета Европы и ряда посольств. В 2005 году начала функционировать Полицейская академия. Полицейские нового образца также стали получать существенно более высокую зарплату, причем не наличными, а на банковские счета, чтобы минимизировать коррупционные риски.
Создание нового образа полиции и обеспечение прозрачности ее работы было одной из первостепенных задач реформы, и решена эта задача была буквально. Старые отделения милиции были модернизированы весьма нестандартным образом: двери и стены были заменены на стеклянные, что символизировало начало новой эры транспарентности[171]. По степени психологического воздействия на уставшее от злоупотреблений коррумпированных милиционеров население это не шло ни в какое сравнение с таким способом, как, например, замена униформы (что в Грузии тоже было сделано в рамках реформы). Получив возможность со стороны наблюдать происходящее внутри зданий полицейских участков граждане постепенно поверили в реальность перемен и начали менять свое отношение к полиции. Уровень доверия населения медленно, но неуклонно начал расти.
Весьма любопытные данные приводит руководитель Департамента МВД Грузии Шота Утиашвили; «Главным последствием реформ стала реальная борьба с коррупцией в стране. В сфере борьбы со взяточничеством мы предупредили полицейских, что за взятки мы будем их сажать. В итоге только в 2005 году более двухсот сотрудников полиции было посажено за взяточничество. В 2006 году посажено было еще больше. Только после этого количество полицейских, арестованных за взятки, стало сокращаться.
Второй важный аспект в борьбе с коррупцией заключался в резком повышении зарплат всем сотрудникам МВД. К примеру, в 2004 году моя зарплата составляла всего 100 лари (около 70 долларов США), а сейчас 2300 лари (около 1610 долларов США). То есть, моя зарплата за это время выросла в 23 раза. В-третьих, начальники перестали требовать со своих подчиненных дань, часть из которой они раньше оставляли себе, а часть передавали наверх. Кроме этого, пришлось многих уволить. В частности, если при Шеварднадзе в МВД насчитывалось около 70 тыс. сотрудников, то сейчас в подразделениях полиции и госбезопасности, входящих в состав МВД, насчитывается 16 тыс. сотрудников. На место уволенных брали новых людей — молодых и более мотивированных»[172].
Для решения проблемы воров в законе Грузия пошла по пути применения «лучших практик» зарубежных стран. В первую очередь, было решено изучить итальянский опыт по противодействию мафиозным структурам. В течение нескольких месяцев после старта реформы в парламент был внесен пакет законопроектов, при разработке которых, помимо итальянских источников, использовались такие иностранные законодательные акты, как федеральный закон США о подвергающихся рэкету и коррумпированных организациях 1970 года (RICO), закон Новой Зеландии о притеснениях и криминальных сообществах 1997 года, Акт об Уголовном праве Великобритании 1977 года. Для того, чтобы мотивировать самих воров в законе и их окружение начать сотрудничать со следствием, в уголовный процесс Грузии был включён институт сделки о признании вины. По мимо этого, был принят ряд поправок в действующее законодательство, благодаря которым стало возможно содержать воров в законе в местах лишения свободы отдельно от других заключенных. Уже к июню 2006 года ни одного вора в законе не оставалось на свободе. Это была огромная, быстрая и убедительная победа над организованной преступностью.
171
English Russia, Brand New Georgian Police. 2011, online at http://englishrussia.com/ 201І/02/25/brand-new-georgian-police/