А на СевМоре сразу, после посещения заводского комитета, проторенной дорогой двинул к токарям, чтобы посмотреть, как обстоят дела с отданным на модернизацию MP-18. Зайдя в цех и вдохнув запах окалины, масла и нагретого металла, улыбнулся подошедшему мастеру. Радушно поздоровавшись, уже заранее, по хитрой физиономии Георгия Архиповича понял, что дела обстояли неплохо. И не ошибся. Получив в руки пистолет-пулемет, с удовольствием оглядел тщательно зашлифованные швы горловины приемника и, мягко вогнав в него прямой магазин (как родной вошел), прикинул, как из него целиться. М-да… не очень, но по сравнению с тем, что было, просто шикарно! Потом я возжелал испытать машинку в деле. Там, за цехом, для этого было вполне подходящее место. Но тут Архипыч развел руками:
– Извини, товарищ Чур, но патронов у нас больше нет.
Такому заявлению был очень удивлен.
– Ититская сила, я ж вам два цинка оставлял? Вы их что – расстреляли?
Полный недобрых предчувствий, быстренько сделал разборку автомата, заглянув в ствол. Странно – нарезы вполне нормальные. Можно даже сказать новенькие. Удивленно оглянулся на мужика, но тот лишь пожал плечами, не переставая хитро улыбаться. Ладно… повыщелкивали патроны, взяв «бубен» у одного из охранников, и переснарядили их в новый. Потом начались испытания. Шмалял по дощатому щиту, прислоненному к кирпичной стене, и короткими и длинными очередями. Правда, особо разогнаться не получилось, так как магазин быстро закончился. Но задержек не было. И это показатель. Стоящий за спиной Георгий Архипович поинтересовался:
– Ну как?
Показал большой палец:
– Шикардос! Спасибо огромное! А вы когда отстреливали, задержки или перекосы были?
Архипыч, разгладив усы, солидно ответил:
– Поначалу немного были, но напильником подработали и все заработало. И еще там, где патроны из двух рядов в один переходят, трение большое, поэтому могут быть задержки на последних выстрелах. Но это не исправить. Либо надо переделывать систему досылания патронов. Вот, как на другом автомате сделано…
Довольно улыбаясь, кивнул:
– Про трение знаю. Но не беда! Главное, что все получилось. Тогда мы остальные автоматы тоже на переделку принесем. За нед… – тут до меня дошли последние слова мастера, и я осторожно уточнил: – Это на каком – «другом»? Вы что, еще где-то машиненпистоле добыть умудрились?
Архипыч ухмыльнулся:
– Не… таких трещоток мы, кроме как у тебя, ни у кого больше не видали. А другой… Помнишь, когда эти автоматы обсуждали, ты нам еще один чертеж показывал? Ну того, что с металлическим складным прикладом? Потом на тебя еще инженер с металлообработки насел – Кургузов Василий Васильевич? Молодой такой, вихрастый.
Еще ничего не понимая, кивнул:
– Помню Кургузова.
Еще бы не вспомнить – я этому парню с горящими глазами и очень умными вопросами оставил чертежи ППС. Причем сразу с пересчетом под патрон 9 мм. И вписал Кургузова в общий список работающих с оружием, по заказу краскома Чура (это для ребят из ЧК, которые могут начать задавать вопросы).
Мастер же многозначительно поднял палец:
– Вот. А ентот инженер тягу к оружию большую имеет. Он ведь ищщо со своим батяней ружья богатеям на заказ делал. И тут вцепился в твои бумаги, да начал что-то мастерить. Потом у чекистов, через военпреда, немецкий «парабел» добыл, артиллерийской модели. Ствол с него скрутил и на свою машинку присобачил. Только вот стреляла она поначалу плохо. То есть поначалу вроде ничего, но потом заедать начинала. Но мы покумекали, на кое-каких деталях марку стали поменяли, и все заработало! Василий Васильевич тогда даже свой золотой «брегет»[49] заложил, чтобы заказы оплатить…
Офигевая от слов собеседника, я тряхнул головой. Да ну, не может быть. Ладно я видал, как в Пакистане, из говна и палок местные бородатые умельцы на коленке АК делают. Да что там «калаш», они тебе и «Desert Eagle» из цельного куска железяки выпилят. Внешне изделия прямо как настоящие получаются, но в натуре – полный отстой. Нет, они даже стрелять могли. Но недолго и неточно. Да и страшно таким «оружием» пользоваться. Во всяком случае, мне было страшно, когда редкозубый мастер, радостно улыбаясь, предложил опробовать свежеизготовленного «Пустынного орла». Думал – или в руках рванет, или вылетевшим затвором прибьет на хрен. Но тогда все обошлось.
С другой стороны, тут целый инженер руку приложил. На нормальном заводском оборудовании, пусть даже и начала двадцатого века. Да еще с каким-никаким опытом (не зря же Архипыч про ружейную мастерскую его отца сказал). И ствол он заводской использовал, что в общем-то тоже внушает…