11_____
Играли в крокет, был пикник в лесничестве, опять было человек 30. Сережа был одет «пешим амазоном», но декоративен. Под вечер мы дома сели играть было в карты, как от Венедиктовых прислали за Гурвичем и за мною. Там были Бене, опять игра, à 4 mains Carmen», прогулки в 3 пары в туманном <дожде?>, причем толстая дама жаловалась, что все ей надоело, что любовь — это все одно и то же, чтобы я выдумал для нее что-нибудь новое и т. д. Наши обиделись за похищение кавалеров. Во время прогулки Ревицеры купались, а я с Вилли смотрели. Кончил «Кушетку».
12_____
Варино рожденье. Дождь льет весь день. Днем были Бене, уходившие на обед и вечером опять пришедшие. Забавлялись по-сельски: пили шеколад, играли в жмурки, в свои соседи, в карты, танцевали под пение, ели мороженое, опять танцевали, играли в письма и рекруты. Дождь шумел все время. Думалось в такую погоду ехать в карете из балета домой, где приготовлен чай и ужин, сидеть вдвоем, втроем у камина, дружески болтая, куря, за вином. В промежутках читали Брюсова и письма Пушкина. Когда-нибудь и наши письма и дневники будут иметь такую же незабываемую свежесть и жизненность, как все живое.
13_____
Письмо от Потемкина{776}; новостей мало; отчего мне кажется, что давно нет писем? Давно нет от Наумова — вот и все. Сегодня целый день сидим мы дома, хотя погода и отлична. Написал стихи. В «Mercure» прочитал, что «Monde artistique» цитируют мои «Крылья», находя там германский лиризм. Я очень спокоен, но с удовольствием думаю о Невском, Морской, друзьях, «Вене», библиотеке. Что-то сулит этот новый сезон, не думаю его более блестящим. Мне кажется, я лажу этот год с нашими. Вечером играли в карты, была огромная оранжевая луна, и я все проигрывал.
14_____
Целый день дождь; письмо от Модестика. Продолжаем читать письма Пушкина. Сережа ездит верхом. Топили камин, вспоминали с Варей Саратов, ходя по комнатам, ожидая зятя, играли в рамс; зять рассказывал об офицере, молодом, вышедшем в отставку и живущем в запущенной усадьбе одиноко. Все напоминало осень, и это было приятно. Составил план «Мартиньяна»{777}. Жаль, что ничего нельзя будет писать: или приняться за «Красавца Сержа»{778}? Все другие планы требуют подготовки. Как-то представляется лето еще длинной, длинной эпохой, а потом неожиданно наступит осень. Что-то замолкли петербургские.
15_____
Сегодня сразу ответили Леман, Наумов и Нувель{779}. Прислали книг о Пушкине; мне очень хочется вина. Повестка на письмо из Лондона; от Юши несколько слов опять, наверно; прислали разные лошадиные принадлежности. Гоняли на корде[264] Красавчика, татары смеялись и улюлюкали. Играли в крокет, день солнечный; в ожидании сна тихонько гуляли, потом дневник, потом сон, потом утро, возможность писем, какое-нибудь писанье, длинный, длинный день и опять вечер в ожидании ночи и ночь в ожидании утренних писем. Не начать ли мне «Красавца Сержа», не думая о цензуре?
16_____
Жаркий отличный день, качался на качелях тихонько, я люблю это легкое колебанье; стол в зале — мой приют — занят писарем. Составлял план «Красавца Сержа». Это будет вещь не для печати. В баню не ходил. Вечером наши поехали в лес с Сережей верхом, мы же пошли им навстречу. Да, получил архимилое письмо от Наумова и приятное письмо от Юши насчет «Евдокии». Вечером играли в карты. Порадую Чичерина, старого друга, перепишу и пошлю ему серенаду Филострата. Как-то устроюсь на будущий год? В «Кружке» раздоры и страсти — к добру или ко злу? Я думаю, к лучшему. Травля всегда помогала и это — без <голосов?> стариков.
17_____
«Белые ночи». Я онемел от негодования. Вместо 16<-ти> глав напечатано 11 с вопиющими опечатками{780}. Чулкова прямо побить мало. Праздная скука. Дамы в полной распре. Пикник не удался: ходили в березовый лес по болотам, ссорясь и пререкаясь. Купались. Играли в крокет. Вечером провожали таксатора, рожь цветет с удушливым запахом, река 2-мя рукавами стремится быстро, уже отравленная фабрикой, блистающей и шумящей. «Белые ночи» интереснее «Кошницы», пожалуй{781}. «Картон<ный> дом<ик>» очень другой, чем «Крылья» и чем «Кушетка», люблю ли я его, не знаю.