22 янв[аря], вторник
Утром с Н. О. Гришковским ходил сначала к секретарю Charles’a Crane’a[291]. Ожидая, пока он нас примет, я читал еще статью Бакста о моде (вчера прочел другую в Vogue). Шарлатанство! Потом с Ник[олаем] Осиповичем же — смотрел две квартиры — мы собираемся сообща нанять таковую, чтобы не жить в отеле, где и дорого, и неудобно. Одна была чудесна на 72-й West ул[ице][292] окнами на Гудсон[293].
Но слишком для нас дорога — кажется, 400 д[олларов] в месяц, меблированная.
Завтракали на Circus Circle[294] в self service[295]. Там познакомились с братом архитектора Мельцера[296]. Знакомство мимолетное и неинтересное: [ни] я не сказал ему ни одного слова, ни он — мне. Ходил смотреть выставку Renoir’ов, видел одного хорошего Cl[aude] Monet и несколько второстепенных Degas’ов. Усталый, домой. Немного дремал. Заехал Женя, и стали говорить о делах. После 7-ми с ним пошел в self service, где ел Spanish omelet, egg-salad[297] и кофе. Прошлись с ним по знаменитому вечером своими огнями White Way’ю[298]. На subway’е к Рахманиновым.
Чудесный уютный вечер: они одни и мы одни — я, Женя и его жена. Говорили о живописи и о музыке. Во время чая играло прекрасное механическое фортепьяно — прелестные новые вещи легкого пошиба — танцы, foxtrot’ы, между другими — превосходно аранжированная в танец песня индийского гостя Р[имского]-Корсакова[299]. Так блестяще, что выходит лучше самой песни. Потом records[300] Шаляпина: «Эй, ухнем», «Маша»[301] и «Дон Кихот»[302]. Вернулся к часу ночи. Сегодня в газетах известие о смерти Ленина[303].
23 янв[аря], среда
Утром поехал к Жене на Liberty Street. Он мне передал длинное письмо Анюты, Тоси и Димы. С Женей на pier[304] по поводу ящиков с картинами. Сегодня еще их не могли осмотреть. Зашел в книжн[ый] магазин Брентано — купил книжку о Casanov’е и «Vita di Alfieri»[305] в подарок Елене Константиновне. К 2-м часам в отель, все были дома, и с ними Ник[олай] Ос[ипович] Гр[ишковский]. Поехал в музей смотреть там в комнате, где папки рисунков, листы старых итальянцев: очень среди них мало хороших — остальное все незначительное — неизвестные болонцы 3-го сорта и др[угих] школ. Зашел перед возвр[ащением] в отель: [выпил] кофе и съел pimento cheese sandwich[306]. К 7-ми был у Жени и там обедал. После обеда к ним приехали Нат[алья] Алекс[андровна] Рахманинова и Ф. Н. Капустин с женой[307]. Он — родной брат Коки Капустина — моряка, товарища Димы. Приехал Гришковский, и Женя с ним долго сочинял письмо к Heckscher’у[308] относительно предл[агаемого] нам помещения. Вечер был приятный. Возвращался я по subway’ю с Гришковским. Вспоминали с ним старинные времена, когда он служил у Дягилева, о Валечке Нувеле и т. д. Лег спать я в 3-м часу. Сегодня было опять совсем тепло и солнечно.
24 янв[аря], четверг
После утреннего кофе вернулся домой. Ждали Женю и Гришковского. Завтракал вдвоем с последним в итальянском ресторанчике. Ходил с ним в книжную лавку, потом к рамочнику-австрийцу[309], по его словам, дешевому, которому можно было бы сдать заказ обрамить все наши картины. Отдохнув немного в отеле, поехал к 7-ми к Жене, поужинал у него. С Еленой говорил о литературе и книгах. После чая в 11 ч[асов] уехал. Выпал большой снег, и скоро стало очень грязно. Получил письма от Анюты и Мифа. Утром был у меня неприятный разговор с Трояновским: он неделикатно вмешивается не в свое дело, дает как бы приказания, как делать наш каталог. Я ему сказал, что это не его дело, а дело художников.
25 января, пятница
Утром поехал с Грабарем на 136 Liberty Street за Женей и с ними завтракать в один ресторан, где должны были встретиться с двумя знакомыми Жене адвокатами — Thacher’ом и Wardwell’ем[310]. Оба они оказались очень симпатичными и любезными.
Мы говорили о наших делах, я же — и о музыке с Wardwell’ем. После завтрака все мы поднялись на крышу дома, в котором мы ели, и оттуда с 20-го этажа смотрели на Нью-Уорк. Женя помог мне купить словарь Webster’a. Потом в отель, где ожидали Сорина[311]. Он пришел и стал нам рассказывать об американских художественных обычаях. Очень пессимистично все то, что он рассказал нам. Трояновский спорил и кричал о своих 500 тыс[ячах] долларов, кот[орые] должна собрать наша выставка[312]. К 6½ часам поехал с Грабарем в Hotel Wellington к А. Зилоти и его жене. Зилоти пригласил нас обедать во франц[узский] скромный ресторан, куда приехали и Женя с женой. После обеда Зилоти повел нас в свою ложу в Carnegie Hall на концерт Бетховена. Мы немного опоздали к началу. Управлял отличным оркестром старик Walter Damrosch[313]. 8-я симфония, «Leonore» № 3, «Шотландские песни» (скрипка, виолончель и фортепьяно), «Песня о блохе»[314] и песенка «Der Kuß»[315] (все эти вещи пел баритон Barclay, чрезвычайно высокий и стройный блондин); «Wellington’s Victory, or the Battle of Vitoria»[316]. После концерта чай в ресторане большой компанией: Гришковские, Сомовы, Сорин и наша компания из России. Сорин был со мной чрезвычайно любезен, спрашивал о моих делах и даже предлагал мне в долг деньги, от которых я отказался. Впрочем, говорил о рисуночке, кот[орый] я ему мог бы дать! За обедом Вера Павловна все время судачила и сплетничала — все о своих сестрах, Любочке Бакст и о «развратниках» Боткиных[317]. Зилоти хамоват и, по-моему, очень глуп, но, говорят, добряк. Елена его любит.
291
В рукописи ошибочно —
296
У архитектора, художника по прикладному искусству Романа Федоровича Мельцера (1860–1943) было два брата: Эрнест (1868–1922) и Федор (1861–1945). Последний руководил семейным предприятием «Мельцер Ф. и К°» — мануфактурой, которая занималась произ— водством мебели, в т. ч. по заказам русской императорской фамилии — для Большого Екатерининского и Александровского дворцов в Царском селе, Фермерского дворца в Петергофе и др. В работе предприятия принимали участие все братья.
298
Белому пути
301
Возможно, народная песня «Не велят Маше за реченьку ходить», входившая в репертуар Ф. И. Шаляпина.
305
«Жизнь Альфьери»
307
Капустин Федор Николаевич (1883–1971). Его жена — Елена Ивановна Капустина (1892 —?).
308
Хекшер Август (1848–1941) — американский предприниматель и филантроп, владелец Heckscher Building.
309
Как следует из небольшого списка адресов, приведенного Сомовым в конце этой записной книжки, его фамилия была Resterreich (
310
Уордвелл Аллен (1873–1953) — американский юрист, партнер в юридической фирме Д. Полка, которая с 1967 г. называется Davis Polk & Wardwell. Окончил Йельский университет в 1895 г. В 1917–1918 г. служил в миссии Американского Красного Креста в России и в дальнейшем был связан с некоторыми программами помощи России и СССР, в т. ч. во время Второй Мировой войны.
311
Сорин Савелий Абрамович (1878–1953) — художник. Учился в Академии художеств у И. Е. Репина. В 1920 г. выехал во Францию. С середины 1920-х работал во Франции и США, имел мастерские в Париже и Нью-Йорке. В конце 1930-х в Лондоне создал портреты членов королевской семьи. Во время Второй Мировой войны жил в США.
312
Позднее И. Э. Грабарь в своем докладе о результатах Выставки русских художниках в Америке отмечал завышенные ожидания И. И. Трояновского, который считал, что выставка должна принести 500 тысяч долларов чистого дохода.
313
Дамрош Вальтер (1862–1950) — американский дирижер. В 1885–1928 г. — руководитель Нью-Йоркского филармонического оркестра.
317
Речь идет о сестре В. П. Зилоти — Александре Павловне Боткиной или о ее дочерях Анастасии и Александре Сергеевнах, а возможно, и обо всех перечисленных.