– Ты уже говорила мне, что он заранее знал, что умрет, – произношу я.
– Ты ведь знаешь эту историю, si? Почему тебя назвали Отем Фоллз?
Я киваю.
– Мне мама рассказала.
– Ну, она рассказала то, что знала она, а я расскажу то, что знаю я. Рейнальдо говорил, что, подобно осеннему сезону – мостику, соединяющему лето и зиму, – его маленькая дочка имеет в этом мире свою миссию. Una destina[72]. Помочь достичь мира и гармонии.
– Папа считал, что моя миссия – мир во всем мире?
Эдди смеется. Теплым, каким-то уютным смехом.
– Нет, querida, не так глобально. Твоя destina – приносить мир и покой в свой маленький уголок. И этого вполне достаточно. Совсем не мало! А что касается блокнота: что ж, Рейнальдо надеялся, он тебе поможет. Так значит, он реально работает, si?
– Типа того, – говорю я, вспоминая все, что произошло за то время, что блокнот был у меня. – Когда я загадываю какое-то желание и записываю его, оно, похоже, сбывается. Хотя это может быть простым совпадением.
Эдди смотрит на меня внимательно.
– Ты и вправду в это веришь?
Я прикусываю губу.
– Нет.
– Правильно, – говорит она довольным голосом. – И не надо в это верить. Блокнот действительно исполняет твои пожелания, но всему есть предел.
– Какой? – Я подвигаюсь к ней поближе.
– Рейнальдо говорил, что есть три вещи, на которые блокнот не способен, – отвечает она. – А может быть, и больше.
– Какие это вещи?
– Первое, – она загибает палец, – блокнот не способен изменить историю.
– То есть нельзя никого воскресить из мертвых… – говорю я, избегая смотреть ей в глаза.
Эдди улыбается и похлопывает меня по ноге.
– Я бы тоже первым делом сделала это. Immediatamente[73]!
– Что второе?
– Ничего нереального. Блокнот не может дать тебе возможность летать или проходить сквозь стены.
Что ж, возможно, это и к лучшему.
– С этим ясно, – заявляю я. – Ну, а третье что?
– Если не сработало, это не значит, что блокнот не работает.
Я вскидываю голову, чтобы посмотреть на нее.
– Вот это непонятно. Если не сработало, как это может значить что-то другое?
– Блокнот как мул. Obstinado[74]. Иногда ты его о чем-то просишь, а он упрямится.
Она широко зевает.
– Es tarde[75], – говорит она. – Тебе пора. Иди спать.
Времени шесть часов.
– Все равно я не понимаю, – настаиваю я, стараясь узнать побольше, пока она еще в рассудке. – «Мир и гармония» – понятия абстрактные. В чем конкретно блокнот должен мне помочь?
Она снова притягивает меня к себе, чтобы поцеловать.
– Que pasebuenas noches[76], Отем, – говорит она. – И no preocuparse[77]. Ты найдешь ответ на свой вопрос. Папа знал. Это твое предназначение.
И теперь она хочет посмотреть вечерние новости. Очевидно, что на сегодня наша викторина «вопрос – ответ» закончена.
В ожидании мамы, которая должна заехать за мной, я звоню Дженне.
– Она так сказала? – переспрашивает Дженна. – Что это должно стать Делом твоей жизни?
– Ну да, – я киваю, как будто она может меня видеть в этот момент. – Принести спокойствие и гармонию в мой маленький мирок. Если верить Эдди и, по ее словам, папе, в этом мое предназначение. – Мне самой в это верится с трудом. Что у меня есть-таки Дело.
– И каким образом ты это сделаешь? – спрашивает Дженна.
Хороший вопрос!
– Не знаю, – признаю я, нахмурившись. – В настоящий момент я как никогда далека от мира и гармонии. Вся моя школа, за исключением Джека, Джей-Джея и Амалиты, меня ненавидит.
– То есть тебе предстоит это изменить. Правильно?
– Ну, наверное.
Тут подъезжает мама, и мы с Дженной прощаемся.
– Как там Эдди? – интересуется мама, когда я забираюсь в машину.
Мне бы очень хотелось рассказать ей все, но я знаю, как она относится к сверхъестественным бредням Эдди. К тому же мне кажется, идея о том, что душа папы, ну, или ее кусочек хранится в блокноте, очень ее расстроит. Я стараюсь поддерживать с ней веселый разговор ни о чем, а сама продолжаю думать о блокноте.
Что бы мне пожелать?
Конечно, моя жизнь стала бы более мирной и гармоничной, если бы окружающие перестали меня ненавидеть и я стала бы популярной. И все-таки это не то. Мне не нужно, чтобы меня считали потрясающей. Мне нужно, чтобы все поняли, что я не такая, какой выставляет меня Ринзи.