Среда, 9 ноября 1977 года
Забыл сказать, что как-то раз в последние дни я смотрел вечернее шоу Тома Снайдера. Он пригласил на него Роя Кона. А Кон сейчас адвокат Стиви Рубелла. И у Кармина Галанте[406] тоже. Он был совершенно невероятен, жуткая сволочь. Он выражался совершенно в духе Арчи Банкера[407], например: «Попадись мне этот самый Сын Сэма, да я бы его собственными руками задушил», а еще он без конца поминал «красных» – и вот этот человек, на вид совершенно безумный, выступает в судах, а физиономия у него этакого законченного мерзавца! Его легко можно представить себе в клубе «Энвил»: там, весь в черной коже, он был бы само совершенство. Не сомневаюсь, что он действительно бывает в таких местах. Скорее всего. Или, может, все как раз наоборот. Точно, наверное, наоборот: он наряжается в женские платья. Но когда он, например, заявил: «Всех – на электрический стул», то прямо будто слышишь Пола Моррисси… Ведущий его еще спросил, как же он вызвался защищать мафиози, если его так беспокоят всяческие «происки» всех на свете, и он тут же завел эту волынку насчет «прав человека». Всегда начинается одно и то же, понимаешь ли: «Они имеют право сказать, что не являются членами мафии, а в таком случае их нужно защищать». Мою фотографию поместили на центральном развороте в «Пост»: я стою перед картинами из серии «Спорт», текст написал Джерри Толмер. Только я у них все время говорю не то, что нужно. Якобы сказал, что атлеты лучше кинозвезд, и я не знаю, в связи с чем я это говорил: ведь все новые кинозвезды – те же атлеты. И вот такой «рекламой» нас наградили за целый месяц до вернисажа. Я думаю, что рекламой нужно заняться ближе к открытию выставки. Прочитал критический обзор Джона Саймона, который ругает Лайзу за ее внешность. Какой ужасный человек! Если ей это вообще когда-нибудь попадется на глаза, она будет раздавлена. На самом деле она выглядит славно – ведь я ее вижу время от времени, и на нее вполне можно смотреть. Что же этот Джон Саймон вытворяет и как это понимать? Получается, согласно его логике, что только красавцы имеют право развлекать людей – хотя, впрочем, я, пожалуй, тоже так думаю. Но Лайза ведь вовсе не некрасива! Моя фотография попала еще на первую страницу «Виллидж Войс»: я стою рядом с иранской шахиней, и все это в связи со статьей про пытки в Иране. У Фреда были билеты на благотворительное мероприятие для Международного центра фотографии, которое устраивает Джеки О., это в музее на углу Пятой авеню и 94-й улицы. Спросил Джеда, не хочет ли он пойти со мной, но он сказал, что слишком устал (такси 2 доллара). Огромный особняк. Ужин – ужасен. Нас посадили за один стол с какими-то никому не известными типами, полными ничтожествами. Ты не поверишь: я сидел рядом с Фредом! Так вот, сидим мы с ним в этой комнате, где никого из присутствующих не знаем, кроме как друг друга, и тут подходит ко мне какая-то девица и говорит: «Я знаю, что у вас есть фотоаппарат, вы можете фотографировать здесь кого угодно, кроме госпожи Онассис». Я в тот момент ничего такого про это не подумал, я лишь решил, что она – из тех нервозных девиц, которые организуют подобные мероприятия. Но потом престарелый богатей Нэйт Каммингс[408] накричал на Фреда, требуя немедленно открыть окно, и в первый момент Фред обиделся – отчего это Нэйт Каммингс обрушился именно на него, но потом Фред понял, что перед ним просто старый маразматик, и потому решил, что будет пай-мальчиком и окно откроет, но тут вдруг эта девка принялась орать на Фреда, чтобы он не смел этого делать. Фред собирается теперь звонить ей и устроить форменный разнос, потому что дальше все было еще хуже. Мы встали и ушли из этой комнаты, и Фред отправился искать Диану Вриланд, но когда мы вошли в другую, там, оказались все, кого мы знаем! Питер Бёрд веселился в компании Барбары Аллен и Лэйси Ньюхаус. Да что там: наша Кэтрин сидела за столом Джеки! Но это еще не самое невероятное. Когда мы вошли в ту комнату, там четыре тысячи фотографов фотографировали Джеки. И эта кошмарная девка в другой комнате поперла на меня, заявив, что именно мне нельзя снимать Джеки! Фред чуть ли не наорал на нее. Там было все так, будто мы на каком-то мероприятии Бобби Зарема – столько фотокамер без конца вспыхивали.
С Фредом и Дианой Вриланд доехали на такси до Саттон-плейс, на вечеринку, которую устроила Робин Вест в честь Джейми Уайета. У меня не было мелочи, поэтому я дал Фреду пять долларов. Он передал деньги шоферу, на счетчике было 2,80, он сказал шоферу, чтобы тот взял себе 60 центов, и шофер спросил: «Та к сколько это будет?», и Фред принялся кричать: «Я что, за тебя еще и посчитать должен?» Всю дорогу в такси Диана и Фред ругались, как старые супруги. А шофер еще встрял в их разговор, спросив: «Там, где вы меня остановили, вернисаж Питера Бёрда? Это он был на обложке “Санди таймс”?» Я разговорился с Кэрол Коулмэн из Нового Орлеана. Она – сестра Джимми Коулмэна. Тут в комнату вошел Бо Полк[409], и понеслась! Он как-то раз, раньше, познакомился с Кэрол в баре, и они уже вместе ходили в ресторан, а теперь он говорит ей: «Как же я хочу лизать твою киску!» и так далее и тому подобное, они сидели и говорили все это прямо при мне, и Кэрол нисколько не смущалась. Я был удивлен, потому что она старше, чем большинство женщин, за которыми Бо Полк обычно приударяет. У нее красивые глаза, она богата и не была еще замужем, хотя могла бы уже, вот как Дженнифер О’Нил, однако у нее, по-видимому, немало разных проблем и не слишком много ухажеров, несмотря на то, что она очень привлекательная. А он говорил ей что-то вроде: «Хочу лизать пальцы твоих ног, а потом по всей ноге пройтись, выше, до самой п. ды, и еще – внут ри», а после этого он повернулся ко мне со словами: «А еще хочу, чтобы ты, Энди, стоял рядом и все это фотографировал», – н-да, он совсем чокнутый. Я пошел поздороваться с Филлис Уайет, и тут рядом снова возникли Бо Полк и Джон Ларсен, и Бо крикнул какой-то девушке, что он бы насыпал кокаина ей на клитор, а Джон только рассмеялся, сказав: «Ни фига себе, коксовый прикол». Потом Бо и Кэрол ушли вместе, но через несколько минут вернулись и говорили о том, надо ли им вообще уходить вместе, и она хотела знать, что именно они будут делать вместе, и все это продолжалось бесконечно. Потом Кэрол и Бо, Джей Меллон, Кэтрин и я ушли с вечеринки и пошли пешком. Прошли заведение, где на витрине были коробки с печеньем «Феймос Эймос». Я еще ни разу не видел этих коробок. На них было самое чудесное изображение этого печенья из всех, которые я видел, так что я зашел в этот магазин и купил его, но когда я открыл упаковку, то оказалось, что печенья на самом деле очень маленькие. Вот так меня впервые надули! Нет-нет, на вкус-то они хорошие, вот только не такие большие и красивые, как на упаковке.
406
Кармин Галанте (1910–1979) – член мафии, за контрабанду наркотиков был приговорен в 1962 году к 20 годам тюремного заключения, в 1974 году получил УДО «под честное слово», однако стал фактическим главой клана Бонанно. Занялся переделом рынков сбыта наркотиков, организовал убийство как минимум восьми членов клана Гамбино. В отместку был расстрелян в одном из итальянских ресторанов Бруклина.
407
Герой популярнейшего ситкома семидесятых «В кругу семьи», работяга и хороший семьянин, во всех бедах обвиняет «других»: негров, латиноамериканцев, коммунистов, геев, хиппи, евреев, католиков, феминисток и американских поляков. Он вечно в дурном настроении, так что больше всех от него – особенно в первых сериях ситкома – доставалось его жене.
408
Нэйтан Каммингс (1896–1985) – крупный бизнесмен, инвестор, филантроп. В 1939 году основал «Консолидейтед фудс», компанию по упаковке и переработке продовольственных товаров, замороженных товаров и проч., которая превратилась в глобальную корпорацию «Сара Ли». Cобрал огромную коллекцию первоклассных произведений искусства XX века.
409
Луис Полк-младший по прозвищу «Бо» был недолгое время президентом кинокомпании «Эм-Джи-Эм», затем, в 1970–1982 годах, партнером-инвестором в компании дизайнера Ральфа Лорена. Позже занялся венчурным финансированием.