Будильник звонит ровно в восемь утра. Позавтракав, беру кота, который любопытно высовывает мордочку из отверстия специальной сумки, и спускаюсь на лифте в фойе.
Роб пунктуален и, как заведено, ждёт меня у крыльца. Мы завозим Лео к маме. Болтаю с ней совсем недолго и снова сажусь в машину. Дорогой в аэропорт проглядываю новости на планшете.
Обычно я жутко нервничаю, перемещаясь на высоте десять тысяч метров, и каждый раз обязательно принимаю таблетки от укачивания. Но сегодня полет проходит довольно гладко. Полностью сконцентрировавшись на работе, пролистываю бумаги и делаю пометки.
– Здравствуй, Эмма, – Джим, встречая, равняется со мной у дверей аэропорта Кеннеди.
– Привет.
Сквозь солнцезащитные очки я замечаю, как он, чуть наклонив свою белокурую голову, украдкой оценивает мой безукоризненный внешний вид. На мне элегантное орехового цвета пальто из альпаки, серый брючный костюм в клетку, который ничуть не помялся, и черные в тон сумки ботильоны.
Мы садимся в автомобиль и едем в офис. По пути туда мистер Клэптон сообщает о текущих проблемах. Заправляю выбившуюся волнистую прядь за ухо и, развернувшись полубоком, внимательно слушаю его. Джим лаконичен и серьёзен, хотя на скуластом лице управляющего моего филиала иногда проскальзывает едва уловимая улыбка. Выдающая настоящий лёгкий характер. Как и расслабленный узел на синем галстуке, подобранный к тройке такого же оттенка. И карие глаза, которые всегда обнадёживают и искрят позитивом.
После длительного совещания и отрепетированной поздравительной речи для сотни служащих, мы обедаем в ресторане, общаясь уже на нейтральные темы.
– Вы придумали имя для малыша? – спрашиваю я, накалывая вилкой креветку в кляре.
– Нет ещё, не можем определиться. Выбираем между Тейлор и Нэйтон.
– А какое нравится тебе?
– Оба, – смеётся он.
– Теперь ясно, кто из вас медлит с решением, – подтруниваю я.
– Ты, наконец, взяла отпуск?
– Да.
– Позволь полюбопытствовать, куда намереваешься отправиться?
– Далеко. Но буду всегда на связи.
– Даже не сомневался.
Мы допиваем вино и встаём из-за столика. Забираемся снова в машину, и пока водитель держит курс на отель, обсуждаем нашумевшую книгу, появившуюся в продаже несколько недель назад. Затем мистер Клэптон возвращается к разговору о семье и скором отцовстве. Это их с женой первенец, и Джим явно нервничает. Я из вежливости подбадриваю его.
«Лексус» тормозит, и мы прощаемся. Захожу в просторный номер «сюит», звоню Алексис и даю массу указаний, в том числе, чтобы она проинформировала меня о рождении ребёнка моего заместителя.
Анализируя сегодняшний день, раздеваюсь и включаю душ.
Как обычно, сотрудники филиала встретили своего босса, словно выдрессированные. Но уверена, подобная демонстрация дисциплины не помешала им в очередной раз обсудить начальство и распустить новые сплетни.
К слову, большинство подчинённых считают мисс Янг пафосной стервой. В дополнение, мужчины называют фригидной феминисткой, женщины, менее оскорбительно, просто карьеристкой.
Я направляю жалящие струи горячей воды на клитор, теребя набухшие соски. Мысли о работе тут же заглушает призыв моего либидо. Засовываю два пальца в ноющее от желания лоно и начинаю рьяно мастурбировать. Запрокидываю голову на влажный кафель, ускоряю ритм и, почти не дыша, быстро, но сладко кончаю. Это помогает. Исправно. Разгружает мозг и снимает напряжение.
После, завернувшись в тёплый халат, я устраиваюсь в кресле с папкой документов и чашкой маття1. Изучаю листок за листом. Вношу поправки. Решив все же прерваться на ужин в полдевятого вечера, иду в ресторан отеля. С аппетитом поглощая баранину с мятным соусом и пюре из пастернака, отправляю сообщение Лив. Она сразу перезванивает.
– Надеюсь, полет прошёл нормально?
– Сносно.
– А встреча?
– Не лучшим образом.
– Недостаточно хорошо? – иронично уточняет подруга.
– Да.
– Чёртова перфекционистка, – констатирует Лив и хихикает в трубку.
– Чем занимаешься сейчас?
– Собираюсь завалиться на диван с мороженым и уставиться в телек.