Но Гитчи Маниту[16] решил испытать мое терпение, ведь боги любят делать это время от времени. Первые два силка, до которых мы добрались, оказались пустыми. В третьем был кролик, но уже мертвый. Отец вынул его голову из петли, очистил силки и бросил окоченевшую тушку в мешок. А потом показал на темнеющее небо и спросил:
– Что думаешь, Хелена? Идем дальше или возвращаемся?
К этому моменту вокруг Вечерней звезды уже появились и другие. Было холодно, но становилось еще холоднее, и ветер дул так, словно вот-вот должен был повалить снег. Мои щеки онемели, зубы стучали, на глаза наворачивались слезы, и я уже не чувствовала собственный нос.
– Дальше.
Отец молча повернулся и продолжил спуск по тропе. Я, спотыкаясь, двинулась следом. Мой комбинезон промок и заледенел, ног я не чувствовала. Однако, когда мы добрались до следующего силка, я тут же позабыла о своих онемевших пальцах. В силке был живой кролик.
– Быстро. – Отец стащил перчатки и подышал на руки, чтобы согреть их. – Ты знаешь, что нужно делать.
И я это сделала. Иногда, когда кролик запутывался в силке задней лапой, отец вытаскивал его и с размаху разбивал ему голову об дерево. Иногда просто перерезал ему горло.
Я опустилась на колени в снег. Кролик ослабел от страха и холода, но все еще дышал. Я вынула нож из чехла.
– Спасибо, – прошептала я небу и звездам и полоснула лезвием по кроличьей шее.
Кровь брызнула из раны, оросив мой рот, лицо, руки и куртку. Я взвизгнула от неожиданности и вскочила, уже зная, что сделала не так. Мне так не терпелось совершить свое первое убийство, что я забыла отодвинуться. Я захохотала, зачерпнула горсть снега и попыталась отчистить курточку.
– Оставь так, – рассмеялся отец. – Пусть твоя мама займется этим, когда мы вернемся домой.
Отец опустился рядом с кроликом на колени, окунул два пальца в кровь и ласково привлек меня к себе.
– Манайивин, – сказал он. – Уважение.
А затем приподнял мое лицо за подбородок и нарисовал по две полоски на каждой щеке.
– Пойдем.
Он снова вернулся на тропу. Я подобрала своего кролика, закинула на плечо и последовала за отцом в хижину. Ветер обдувал кровавые полосы на моем лице, и кожу покалывало, но я улыбалась. Я стала охотником. Воином. Человеком, достойным уважения и почитания. Лесным жителем, как мой отец.
Мама захотела умыть меня сразу, как только увидела, но отец не позволил. Кролика она зажарила нам на ужин, после того как отчистила мою куртку от крови, и подала его с гарниром из вареных клубней аррорута и салатом из свежей зелени одуванчиков, которую мы хранили в деревянных ящиках в погребе. И это была самая вкусная пища, которую я когда-либо пробовала.
Много лет спустя штат пустил с молотка всю коллекцию ножей моего отца, чтобы покрыть судебные издержки. Но свой я сберегла.
9
Итак, на пятый день рождения отец подарил мне нож «боуи» из холодной стали, стоимость которого в настоящее время составляет что-то около семисот долларов. Это прекрасный боевой нож, идеально сбалансированный для силы, скорости и точности удара, с острым как бритва лезвием, способный пронзать, как кинжал, и резать, как мачете.
Нож, с помощью которого он сбежал из тюрьмы, был сделан из туалетной бумаги. Я удивилась, когда услышала об этом. Учитывая его вкусы и навыки, я решила, что он наверняка предпочел бы железный. У него было время сделать себе нож. Я думаю, он остановился на бумажном, потому что его забавляла сама мысль о том, что он изготовит смертельное оружие из безобидного материала. Заключенные могут быть до смешного изобретательны, когда дело касается оружия: они затачивают пластмассовые ложки и сколотые зубные щетки о цементные стены камер, вставляют в них бритвенные лезвия из одноразовых станков, выпиливают ножи из железных частей своих кроватей – и все это в течение многих месяцев, орудуя одной лишь зубной нитью. Но я и представить себе не могла, что можно отправить кого-то на тот свет с помощью туалетной бумаги.
На «Ютьюбе» есть видеоролик, в котором объясняется, как это сделать. Для начала нужно плотно скатать бумагу в конус, используя зубную пасту в качестве клейкого вещества, – у вас получится что-то вроде папье-маше. Затем следует придать своему оружию форму и намотать побольше слоев бумаги с одного конца, а после сжать его, чтобы получилась стандартная рукоятка. Когда добьетесь желаемого результата, надо позволить ножу просохнуть и затвердеть, а затем заточить, как обычно, и вуаля – смертельное оружие готово. К тому же оно легко разлагается. Можно бросить его в туалет, после того как дело будет сделано, а когда оно размокнет, просто смыть.