Дочерью Людовика XI двигали политические амбиции, соизмеримые с властью, которой она была наделена, поэтому она считала необходимым окружать себя многочисленными дамами, чье присутствие рядом с ней повышало её власть и престиж. Хотя существование женского двора при королеве засвидетельствовано ещё в середине XV века, по-настоящему это явление проявилось в эпоху Возрождения, особенно под влиянием принцессы Анны. Находясь во главе созданного ею Дамского двора, роль "дочери Франции" принимала различные формы: она была и наставницей, и покровительницей, и другом, и дипломатом. Принцесса, по отношению к сверстницам схожего статуса, сумела утвердиться в качестве центральной фигуры на европейской политической шахматной доске. Её культурное, духовное и политическое влияние на принцесс, пришедших к власти в эпоху Возрождения, было настолько значительным, что можно говорить о её настоящем политическом и интеллектуальном материнстве.
Более того, Анна заложила основы символики женской власти, которую можно было увидеть во время королевских протокольных церемоний, где она представала как экстраординарная фигура, уступающая только королеве. Она не переставала соотносить свой образ с повествующими о добродетели Зерцалами, образцами для всех её современниц, королев, принцесс, знатных дам и женщин более скромного происхождения. Благодаря искусному церемониалу и литературно-исторической риторике она создала образ женщины-правительницы занимающей место на самой вершине монархии и обладающей огромной властью. В этом Анне помогали лучшие литераторы и художники, создавшие вокруг неё сияющий ореол из реальности и мифической выдумки.
Будучи заядлым библиофилом, Анна славилась своей богатой книжной коллекцией, что свидетельствует о ней как о человеке переходного периода между поздним Средневековьем и эпохой Возрождения. Унаследовав от своих предшественников интерес к иллюминированным рукописям, она обогатила свою библиотеку прекрасными фолиантами заказанными у величайших мастеров XV века. По мере того как книгопечатание постепенно набирало обороты, Анна одной из первых заинтересовалась этой новой технологией и признала качество работ печатников, став для них настоящей покровительницей.
Её собственное мышление находилось на пересечении двух миров. Написанные ею собственноручно Наставления Анны Французской, герцогини Бурбонской и Оверньской, своей дочери Сюзанне Бурбонской (Les Enseignements d'Anne de France, duchesse de Bourbonnois et d'Auvergne, à sa fille Susanne de Bourbon) содержат квинтэссенцию средневекового мышления характерного для Зерцал принцев и в то же время являются гимном новым идеям гуманизма эпохи Возрождения. Они перекликаются с зарождением новой цивилизованности, основанной на искусстве галантности из-за постоянного присутствия женщин при дворе. Этих дам, окружавших Анну при её дворе в Мулене и наделенных теми самыми добродетелями, описанными в Наставлениях, опубликованных в 1505 году, можно отождествить с "придворными дамами" и их мудрым красноречием и добродетельным благоразумием, воплощенными в книге итальянца Бальдассаре Кастильоне Придворный (Il Cortegiano), опубликованной в 1528 году в Венеции. В этом плане Анна стала связующим звеном между средневековой мыслью Кристины Пизанской и Кастильоне, предложив в своих Наставлениях пособие по придворным манерам, подобное тому, что написал итальянец двадцать лет спустя.
Искусство не стало исключением: принцесса Анна жила в эпоху сосуществования средневековой готики и наступающей эпохи Возрождения, что нашло отражение в стилистическом разнообразии её художественных заказов. В мире, где расцвет искусства сочетался со свободным распространением произведений литераторов и художников, она не только была современником этого плодотворного периода их творчества, но и принимала в нём самое активное участие. Двор принцессы в Мулене отражал исключительное художественное изобилие, смешение жанров и сосуществование в 1500-х годах двух модернов северной и южной Франции,[4] воплощенное в одновременном творчестве фламандского художника Жана Эйя в Мулене и итальянца Бенедетто Джирландайо в Эгпересе.
Принцесса Анна не переставала демонстрировать свою любовь к искусству и неутолимую жажду к приобретению все более прекрасных и многочисленных произведений, будь то в области живописи, скульптуры, ювелирных изделий, витражей, гобеленов или эмалей. Таким образом, она стала одной из первых, а возможно, и первой "принцессой эпохи Возрождения", даже раньше королевы Анны Бретонской.
4