Зерцала принцев и другие произведения, посвященные управлению государством, были очень многочисленны. В герцогской библиотеке хранились четыре экземпляра Правления государей (Le Régime des princes), справочника по практике управления государством. Хотя эти книги были адресованы мужчинам, они могли найти в лице принцессы Анны внимательного читателя.
Литература для женщин и о женщинах была представлена в герцогской библиотеке пятью произведениями Боккаччо и пятнадцатью — Кристины Пизанской: три экземпляра Книги о Граде женском (Livre de la Cité des Dames), четыре экземпляра Послания Офеи Гектору (L'Épistre de Othéa a Hector), два экземпляра Пути долгого учения (Chemin de longue estude), четыре экземпляра Книги о трех добродетелях для обучения дам (Livre des trois vertus à l’enseignement des dames), Послание королеве Франции (L’Epistre à la reine de France) и Ди о Пуасси (Dit de Poissy). Среди сочинений о женщинах написанных итальянцами бросается в глаза преобладание названий, специально посвященных пропаганде женской силы воли и защите женщин. Легко заметить их влияние на Анну в её политической практике и в Наставлениях, которые она написала для своей дочери вскоре после 1500 года и к которым мы вернёмся позже. Таким образом, количество книг, на которых основывалась литературная, историческая и политическая подготовка принцессы, было весьма обширно.
Первые шаги Анны в политике
До 1480-х годов Анна оставалась в стороне от политических дел и была скорее их наблюдателем, чем участником. С момента своего замужества, когда ей было едва ли больше десяти лет, принцесса жила при королевском дворе, где за ней присматривали бдительные, внимательные и даже подозрительные глаза. Нет никаких сомнений, что она с ранних лет была хорошо знакома с тайнами, интригами и двуличием двора. Анна узнала, что это зачастую безжалостный мир, где сказанное редко совпадает с задуманным, а увиденное также редко совпадает с действительностью. Несомненно, отец рассказывал ей о своём недоверии к великим принцам королевства и тем, кто часто посещал его двор. Она, несомненно, понимала, почему король предпочитал окружать себя выходцами из городской буржуазии и дворянства мантии, такими как Жан Бурре и Юмбер де Батарне, а не принцами крови, которые на его взгляд были слишком склонны к мятежам. Эти новые, возвеличенные королем, государственные деятели, были по своему происхождению очень незначительными людьми, и поэтому Людовик XI был уверен, что может рассчитывать на их благодарность и неизменную преданность, а не на лояльность дворян, постоянно жаждавших новых почестей. Поэтому Анна очень рано поняла, на кого можно положиться, а кого следует опасаться.
Её первые шаги в политике были весьма незначительными и незаметными для посторонних глаз. Когда же Анна стала принимать участие в делах королевства? Ответить на этот вопрос сложно, поскольку она была женщиной замужней и все миссии официально поручались не ей, а её опытному в политике мужу.
Чувствуя приближение своего конца, Людовик XI стал беспокоиться о том, как без сопротивления со стороны принцев крови передать корону своему наследнику. По этой причине король сопроводил написанное по его просьбе зерцало Роза Войны устными наставлениями, которые он 21 сентября 1482 года в присутствии многочисленных свидетелей дал Дофину Карлу лично. Эти наставления вскоре были обличены в форму ордонанса, зарегистрированного Счетной палатой и Парламентом 7 и 12 ноября того же года[21].
В компании самых влиятельных дворян и советников королевства Людовик XI посетил Карла, проживавшего под присмотром верного Жана Бурре, в замке Амбуаз. Королеву Шарлотту на эту важную церемонию не пригласили, а вот старшая дочь короля была рядом с отцом, и видела как Дофин в присутствии Этьена де Веска и сеньора де Майе выслушал рассказ отца о положении дел в королевстве. Король дал сыну множество советов, призванных избавить его от бед, с которыми он сам столкнулся в начале своего царствования: междоусобиц, заговоров и мятежей знати. Чтобы сохранить мир в королевстве (политический идеал, к которому должны стремиться все правительства), юный король должен был сохранить в должностях всех королевских чиновников и уделить внимание советам принцев крови и своего рода, чего Людовик XI при восшествии на престол в 1461 году старался не делать. Основные наставления, зафиксированные в ордонансе, гласили следующее: