– Но… мне необходимо, чтобы вы это сделали. – Элфрун в отчаянии смотрела на кузнеца, гадая, как объяснить ему, что ее авторитет, ее влияние немыслимы без защиты отцовского плаща.
– И не смотрите на меня так, юная леди. Или вы думаете, что я специально до такого себя довел, чтобы расстроить вас?
– Ничего такого я не думаю. – Она тряхнула полами своего плаща. – Но вы меня подводите. К тому же столько времени прошло, а вы так и не нашли, кто будет работать с вами в кузнице.
– Я пытался.
Элфрун знала, что он говорит правду. А еще ей было доподлинно известно, почему так сложно было кузнецу найти помощника. Во всей округе, до Дора[47] на юге и Элмета на западе, все до единого жители твердо, как «Отче наш», знали, что кузнец из Донмута убил своего сына, толкнув того в огонь. Она скорбно закусила губу, вспомнив, что и у нее самой поначалу были те же подозрения.
А теперь? Каждый раз, вспоминая ожоги на теле Кудды, тлеющие в глубине и с обугленными краями, она задумывалась, как это могло произойти. Угли не могли сразу так выжечь человеческую плоть, должно было пройти какое-то время. Ей хотелось верить в то, что кузнец не толкал своего сына в горн. Но, может быть, он видел, как юноша споткнулся и упал, и просто оставил его там лежать, слишком злой на него, чтобы протянуть руку помощи? Оставил умирать сына, который по сути предал его, лелея мечту о службе королю и месте среди молодых членов «волчьей стаи»… Этого было предостаточно, чтобы разозлить отца сверх всякой меры. А крутой характер кузнеца был известен каждому.
И лучше всех – его жене, которая отказалась жить с ним под одной крышей. О чем говорило это обстоятельство?
Элфрун тяжело вздохнула. Радмер искал бы помощника кузнецу во всех хозяйствах, в хлевах и даже среди молодых рабов и, без лишних разговоров, пригнала бы его к Кутреду хоть в кандалах. И ее бабушка тоже сделала бы это, не задумываясь ни на минуту.
– Мне все ясно.
Элфрун вздрогнула и обернулась. Она и не догадывалась, что Винн тоже здесь, так неподвижно эта девочка стояла в тени по другую сторону горна. Теперь же Винн вышла вперед, не спрашивая разрешения, потянула за шнур и стала внимательно разглядывать оставшийся наконечник.
– Возможно, я смогу сделать такую штуку.
Элфрун запротестовала было, но Кутред поднял руку, останавливая ее.
– Как?
– Отливка в песке.
Кутред нахмурился.
– В мокром песке? В спеченном?
Винн, вертя наконечник в руках, продолжала его рассматривать со всех сторон, изучая рисунок и заклепки.
– Промасленный песок, чтобы сохранить мелкие детали. Будет грубовато, но потом я могу подправить что-то вручную.
Кутред скрестил руки на груди.
– Ты хочешь сказать, что эта вещь была сделана отливкой?
Складывалось впечатление, что отец и дочь забыли о присутствии Элфрун.
Винн презрительно фыркнула:
– Конечно нет. Из полосы, сложенной и прокованной, потом гравировка. Но таким способом я новую сделать не смогла бы, если бы хотела сделать вещь, которую не отличить на глаз от этой. У меня нет таких навыков – пока что. – Она перевернула наконечник. – Мне нужно будет вынуть заклепки… Но у меня может и не получиться.
– А ты попробуй, тогда и узнаешь, детка.
– Погодите, – вмешалась Элфрун, которая чувствовала себя оставленной за бортом. – Вы хотите сказать, что такую работу может сделать ребенок?
– Вы старше меня всего на четыре года, леди. – Голубые глаза Винн смотрели на нее дерзко и отважно. – Даже когда был жив Кудда… – она замялась, – не было ничего такого, что я не могла бы делать так же хорошо, как он, или даже лучше.
– Она правду говорит, леди. – Кутред провел мозолистой рукой по своей косматой седой шевелюре. – Вы сами знаете, что я искал парня в помощники, но это оказалось нелегким делом. А Винн сейчас моя правая рука в кузнице. Она сильная и надежная.
– А что случилось со вторым наконечником, леди?
Элфрун сказала, глядя на решительно настроенную девочку:
– А зачем тебе знать это?
Винн удивленно подняла брови и скрестила руки на своей по-детски худой груди.
– Просто не хочется, приложив столько сил, потом услышать от вас: «Ах, прости, Винн, но я нашла его, закатился за мой сундук с исподним». – Передразнивала она ее очень похоже, и Элфрун поморщилась.
– Я не держу свой плащ в сундуке с исподним.
– Ну, значит, найдете его еще где-то. – Винн выбросила руку вперед, и Элфрун отпрянула, но недостаточно проворно. Девочка уже схватила второй конец шнура и скептически разглядывала его. – Обрезан.
– Украли.
– Его мог взять кто угодно, – заметил Кутред. – Серебро несложно переплавить.
47
Дор – в настоящее время деревня на окраине Шеффилда; название Дор (