– Таллис отправился туда с адресом дома Валентов, но девушка, Дианна, была в окне вашего дома, поэтому он подумал, что они ошиблись.
История убедительная, потому что Дианна и вправду была в ту ночь в доме Уотта. Она сказала полиции, что отправилась домой в полночь, прежде чем закончился «Поп-парад», после того, как «Que Sera, Sera» Дорис Дэй[45] исполнили пятым номером.
– Вот видишь? – указывает брату Уильям. – Я же говорил – он все прояснит.
Джон фыркает, а Нетти знает, что он внимательно слушает.
Чарльз Таллис думал, что в доме Валентов есть деньги. У них успешный кондитерский бизнес; бизнес, связанный с наличкой, и они итальянцы.
Все знают: итальянцы держат наличные деньги и ювелирные изделия под рукой на тот случай, если придется бежать. Война закончилась не так давно. Итальянцев, союзников врага, собрали и интернировали. На их дома и заведения нападали, и теперь они всегда готовы бежать. Это правильное предположение, что Валенты стали бы держать деньги в доме.
Чарльз Таллис, человек с длинным послужным списком взломщика, отправился в Бернсайд вместе с вдовой Мэри Бауэс. Бауэс – его подружка. Они захватили с собой Мартина Харта, он – пара грязных рук, убийца, которого Таллис иногда берет на кражи со взломом. На самом деле Таллису нужен был не Харт, а Мануэль с его опытом и навыками, но тот колебался, потому что план заключался в том, чтобы вломиться и убить всех, кроме девушки, Дианны. Они хотели заставить ее рассказать, где спрятаны деньги, а после убить и ее тоже. Мануэль не пошел на дело, потому что не хотел причинять зло юной девушке, это не его методы. И тогда они взяли вместо него Харта.
Таллис пришел, чтоб повидаться с Мануэлем за день до того, как отправиться на дело. Он попросил взаймы револьвер «Уэбли», чтобы убить из него семью. После он собирался вернуть револьвер. «Конечно, – сказал Мануэль, – без проблем».
Нетти выпрямляется.
Не то! Ошибка в изложении. Если б история Мануэля была в фильме, публика бы сейчас зубоскалила. Люди кричали бы на экран и швыряли в него шкурками апельсина. «Вздор! – кричали бы они. – Так я тебе и поверил! Ты не одолжил бы убийце свой револьвер. Его можно отследить и найти тебя, если только ты не задумал какую-то странную подставу!»
Нетти приходит в голову, что, может, Мануэль и задумал некую подставу.
Но когда она снова прислоняется к стене и ждет, чтобы проверить, так ли это, одна ее бровь все еще вскинута вверх.
Мануэль говорит заговорщицким тоном: итак, он одалживает Таллису «Уэбли». На следующую ночь тот отправляется в Бернсайд вместе с Мэри Бауэс и Мартином Хартом.
На Феннсбанк-авеню они ищут место, откуда можно понаблюдать за домом Валентов. К счастью для себя, находят пустой дом, обращенный фасадом к тому, который они принимают за бунгало Валентов.
Нетти кивает. Она знает, что это правда. Полиция выяснила, что в дом номер 18 той ночью тоже вламывались, а он как раз напротив дома Валентов.
Они проникают в него, наблюдают и видят Дианну Валент в окне дома номер 5, дома Уильяма Уотта. Они думают, что ошиблись адресом.
Следя за домом, Таллис, Харт и Бауэс сидят, курят, наблюдают из окна и ждут, когда огни погаснут. Таллис и вдова Бауэс отправляются в спальню, чтобы… Ну, вы понимаете…
Мужчины в кухне: «Хо-хо», и Нетти с отвращением кривит губы.
Дом принадлежит двум старым девам. Это мерзко.
– ЖЕНА! – кричит ей Джон. – ЖЕНА!
Нетти вздрагивает. Она не хочет, чтобы мужчины узнали, что она рядом, всего лишь за углом, и подслушивает. Женщина выжидает мгновение, а потом на цыпочках тихо идет на кухню.
Они делают паузу, пока она берет с буфета чистую пепельницу и ставит ее на стол, а грязную забирает, чтобы вытряхнуть в камин. Мужчины молчат, пока она не уходит в коридор, поэтому Нетти понимает – они не хотят, чтобы она слушала. Она уносит пепельницу в гостиную, вытряхивает пепел и окурки в неразожженный очаг, после чего торопится обратно, к стене, возле которой подслушивает.
Тихий рассказ продолжается: Таллис, Бауэс и Харт идут в бунгало Уотта.
Таллис разбивает стекло в боковом окне, открывает переднюю дверь, и все крадучись входят в тихий дом. Они закрывают за собой дверь. В доме все спят. Нетти мысленно видит их в прихожей Уильяма. Они освещены сзади сквозь стекло двери, их лица в глубокой тени, в волосах – перья, на боку – силуэты томагавков.
Все спят.
Они слышат дыхание в доме, вдохи и выдохи, стоя в тихой прихожей, на красном ковре, рядом с шифоньером, над которым висит картина желтой собаки. На другой стене – пустая вешалка для ключей.
– Пустая? – озадаченно спрашивает Джон.
– На вешалке нет ключей, – говорит Мануэль. – Все крошечные крючки пусты.