С койки ей был виден только канал Блоемграхт. Утреннее солнце висело над водой, как бледный, недозрелый абрикос. Под его лучами розовели воздух и деревья, вспыхивал ступенчатый фронтон здания Фонда Кейзера.
Над водой, как будто цепляясь за нее, висел низкий, густой туман. Тонкие, похожие на клочки газа, паутинки отрывались от него и тут же таяли в воздухе.
— Тра-ля-ля! — пробормотала Рут. — Тра-ля-ля!
Она похлопала в ладоши и стала растирать их, пока они не покраснели. Потом откашлялась, прочистила горло и уже во весь голос выплеснула накопившуюся радость:
— Тра-ля-ля! Тра-ля-ля! Тра-ля-ля!
Лысый круглолицый китаец, подметавший ступеньки магазинчика, в котором он продавал книги по оккультизму, удивленно вскинул голову. Про себя Рут звала его мистер Мун. Больше всего ее поражали его глаза. Казалось, они устроены так, чтобы рассматривать предметы в перевернутом состоянии. Как в фокусе с вращающимся рисунком, когда из одного лица появляется второе. Опершись на щетку, он посмотрел по сторонам и, увидев Рут, помахал рукой. Она дружески, как старому приятелю, махнула в ответ. Наступил новый день, а новый день, как и старый сосед, заслуживает уважительного отношения. Такое у нее было правило. Относись ко всему с умеренным оптимизмом и рассчитывай на взаимность — этому научил ее опыт прошлого.
Усевшись в позе боцмана на планшире, Рут обвела взглядом свои владения.
Теоретически морская вода поступала в каналы из Ийссельмеера, а грязная уходила в Северное море с отливом через Иймюйден. На самом же деле система каналов была не чем иным, как коллектором открытого типа, построенным еще в семнадцатом веке и предназначенным прежде всего для исполнения соответствующей функции. Стоящие вдоль каналов дома и баржи, на которых жили люди, постепенно подключались к современной системе канализации. А пока жизнь на барже мало походила на путешествие по морям и волнам. Мало того что в данный момент за бортом шумел поток неочищенных вод, так еще и на крышке камбузного люка — стоило только присмотреться — материализовались новые красочные граффити. И все же аромат смолы и запах дыма из трубы сохранили ей хорошее настроение.
В конце концов, баржа есть баржа, и жизнь на воде имеет много плюсов. В этой стране ненадежна именно суша, которая вполне могла бы исчезнуть с лица земли, поднимись уровень моря на двадцать метров. Даже само выражение «уровень моря» редко употреблялось в учтивом разговоре воспитанных людей. Вместо него использовали другое — «НАУ», нормальный амстердамский уровень. «Уровень моря» означал по горло в воде. Не забывайте об этом, вонючие сухопутные увальни! Учитывая все это, а также репутацию Амстердама как современного эквивалента Содома и Гоморры, иметь под рукой баржу было не такой уж плохой идеей.
Apres nous, le deluge…[5]
Лидия пережила наводнение 1953 года, которое стало настоящей катастрофой для юго-западной части страны. Рут частенько говаривала отцу, что Голландия вообще не должна существовать. Эту страну просто вытащили из моря. «Нас всех вытащили из моря, дорогая», — в характерной философичной манере отвечал он.
Дом Рут, носивший дерзкое имя «Спекулянт», представлял собой плоскодонную баржу типа «Люксмотор» выпуска 1935 года. Когда-то на ней перевозили крупногабаритные грузы. В длину она слегка превышала тридцать шесть метров, наибольшая ширина достигала пяти, а осадка составляла восемьдесят сантиметров. Выглядела баржа весьма элегантно — прямой, гордый нос, грациозно выгнутая корма, — хотя возраст, конечно, уже давал о себе знать.
Рут и Маартен вместе учились управлять ею, вместе сдавали экзамены. Они купили баржу в Леммере, поставили на нее новый, в сто восемьдесят лошадиных сил, дизельный двигатель «Детройт» и вместе привели на стоянку через Ийссельмеер, который оба предпочитали называть историческим именем. Взявшись вместе за штурвал, они затянули старую песню «Сидр пьем на Зюйдер Зее».
То были добрые старые деньки, когда все казалось вечным.
А потом вдруг от них ничего не осталось.
В силу своих размеров «Спекулянт» требовал команды в три человека, но терпел и двоих при условии, что один из них мужчина.
Чтобы жить на воде, нужны крепкие мускулы и мужская сообразительность. Это Рут поняла на собственном опыте. Во-первых, нужно все чистить, скоблить и драить. Во-вторых, шлифовать и покрывать лаком деревянные части. В-третьих, устанавливать и крепить трюмные помпы и смазывать лебедку. Хорошо, что водная братия держалась вместе и соседи всегда приходили на помощь в трудную минуту. Кастовый дух был обязательной частью этого веселого праздника жизни на воде.