Вряд ли хакер уровня Стража взял себе подобное прозвище, не ведая его смысла. Наверное, так он забавлялся. Но если рюкзак принадлежит ему, что он делает в шкафу служанки? Из прозрачного окошка Кэмпбелл вытащил карточку. На оборотной стороне значился адрес парижского офиса Эда Листера.
Сыщик вдруг почувствовал растерянность, близкую к панике.
Ему уже приходила мысль, что разговоры между клиентом и Джелли могли быть подделаны. Стражу не составило бы труда изменить их так, чтобы казалось, будто Листер охотится за девушкой. Но это еще не значит, что Эд ее не пасет и она вне опасности.
Кэмпбелл присел на корточки и задумался. Рапидс-Сити, Южная Дакота… Гора Рашмор. Дразнилка с намеком на Хичкока? В фильме «К северу через северо-запад» все закручено на ошибке в установлении личности: по ложным подозрениям человека обвиняют в том, чего он не делал. Или все это лишь кажется?
Кэмпбелл не понимал, кого и что он ищет. Теперь он боялся не только за девушку, но и за себя. Сыщик распустил тесемку на горловине рюкзака, и тут в его кармане завибрировал мобильник.
— Прости, что я бросила трубку, — сказала Кира.
— Приве-е-ет! — Согретый ее ласковым голосом, Кэмпбелл облегченно рассмеялся. — А я только хотел тебе звонить.
— Где ты? Скажи, что в аэропорту.
Кэмпбелл откашлялся:
— Душка, ты не поверишь…
В окне сверкнули фары машины, спускавшейся с холма. Кэмпбелл ждал, что она свернет на подъездную аллею, но лучи метнулись на юг, в сторону от «Ла-Рошели».
Сыщик вспомнил, что еще не заказал такси.
С Кирой они болтали уже минут двадцать, в основном Кэмпбелл рассказывал о деле. О деньгах поговорим, когда ты вернешься, спокойно сказала жена. Шаря в рюкзаке, сыщик пытался оправдать свое решение не связываться с полицией, а поискать следы в Гилманс-Лэндинг, но Киру его доводы не убедили.
Содержимое рюкзака интереса не представляло. Голубая ковбойка, смена белья, носки, пара старых кроссовок «Адидас» десятого размера и две книги: дешевое издание «Уолдена» Торо и «Леопард» ди Лампедузы[101] в матерчатом переплете. На форзаце романа стоял экслибрис Гринсайда — дома Эда Листера в Уилтшире.
Кэмпбелл попросил жену дать психологическую оценку возможных мотивов Стража. Иногда мрачная истина скрыта в мечтах о мести, принялась объяснять Кира, но сыщик ее перебил, попросив обождать. Со дна рюкзака он достал продолговатую коробку, завернутую в фирменный пакет магазина профессиональной кухонной утвари с Западной Шестнадцатой улицы. Взгляд упал на ярлык с информацией производителя: «Изготовлено из цельной заготовки высокоуглеродистой стали; одиннадцатидюймовое изогнутое лезвие напоминает месяц в средней лунной фазе…»
Плоская белая коробка сразу отяжелела. Кэмпбелл раскрыл упаковку. Внутри в защитном пластиковом чехле лежала новенькая меццалуна односторонней заточки.
— О господи! — выдохнул Кэмпбелл.
Это была точная копия ножа, которым убили Джун Ситон.
— Что такое?
Сыщик не ответил. Вдалеке скрежетал грузовик, менявший передачу.
— Что случилось, Кэмпбелл?
— Ничего, милая.
— Тогда почему ты ахнул? Я тебя знаю… Кэмпбелл, у меня и впрямь плохое предчувствие. Прошу тебя…
— Успокойся, Душка. — Сыщик рассмеялся и закрыл коробку. — Расскажи, как прошел твой день, — сказал он, хотя теперь понимал: уходить нужно немедленно.
Зажав плечом телефон, он запихнул в рюкзак коробку с меццалуной и прочее барахло, потом застегнул клапаны, бросил вещмешок в шкаф и закрыл дверцы.
Немного утешало, что нож был здесь. По крайней мере, его еще не пустили в дело. Кто бы его ни купил, он предназначался явно не для шинковки зелени.
Кэмпбелл выключил свет и стал спускаться по лестнице. Разговаривая с женой, он одолел полпролета, когда хлопнула входная дверь.
— Милая, нужно идти. Поцелуй за меня Эми. Я тебя люблю.
— Почему ты шепчешь?
Кэмпбелл закрыл телефон и прислушался. Стукнула другая дверь, зашуршали пакеты, снизу донесся мужской голос:
— Бабушка, я дома!
И что: хорошо это или плохо?
Затем послышались быстрые уверенные шаги и приглушенный разговор. Наверное, старуха сообщает, что у них гость. Сыщик решил выскользнуть черным ходом.
Уже в кухне, на цыпочках двигаясь к выходу, он вспомнил, что оставил в гостиной ноутбук и сумку.
— Кэмпбелл?
Сыщик замер, потом медленно обернулся.
Он никогда не видел этого человека, но тот улыбался ему, словно старому знакомому. В глазах незнакомца мелькнуло и быстро спряталось удивление. Молодое открытое лицо, дружелюбное и симпатичное.
— Вы же не уйдете, даже не поздоровавшись?
64
— Что если я соврала, что спала со своим бывшим?
— Ей-богу, не знаю. Я поверил на слово.
— Ну… так и предполагалось.
— Зачем бы ты стала лгать?
Джелли чуть улыбнулась, словно ее позабавило мое простодушие. Прелестная усмешка, милая и лукавая, напрочь обезоруживала.
— Насчет того, что я спала с Гаем?
— Бывшего любовника зовут Гай? Ты никогда не упоминала его имя.
— Гай Мэллори.
— Хорошо, ты не спала с Гаем. Но к этому шло? В смысле, ты могла бы, но не стала?
— Я сказала ему, что люблю другого.
В груди моей бухнуло.
— Другого. Понятно…
— Да.
— Я пытаюсь врубиться.
— Я соврала не только в этом.
— Кажется, теперь понимаю.
— Тебе нехорошо?
— Не знаю.
— Хочу кое о чем спросить.
— Потом нельзя?
Джелли покачала головой:
— Нет. Потому-то я здесь. Я не могла допустить, чтобы ты уехал, не ведая о моих чувствах. Ты всерьез писал те безумные слова?
— О чем ты?
Она потупилась.
— О твоем последнем письме. Если б мы не встретились, сказал ты, наше пребывание на земле потеряло бы смысл… и, несмотря ни на что, ты не перестанешь меня любить.
Это стало небольшим сюрпризом: насколько я помнил, мое последнее письмо было эмоциональным, но все-таки более сдержанным.
— Отвечаю за каждое слово, — проговорил я.
Ничего другого сказать я не мог. Ведь не расскажешь о подозрениях, что Страж перехватывал и редактировал мои письма.
— Ничего не изменилось? Теперь, когда удалось проверить товар.
— Я бы хотел, чтобы сейчас мы были одни.
— Я тоже.
Облокотившись на стол, она подперла рукой подбородок и, чуть склонив набок голову, посмотрела на меня. Ее трогательно раскосые темные глаза светились нежностью, какую всякий мечтает познать хоть раз в жизни. Хотелось поцеловать ее.
— Это так… да, Джелли? — Я еле выдавил из себя слова.
— Да, так.
Казалось, весь ресторан слушает наступившую тишину, ибо все вокруг на мгновение замерло.
— Скажи что-нибудь… пошути, что ли…
— Наверное, я пойду. Мне пора домой.
— Погоди… я просто… пытаюсь свыкнуться… То есть я всегда знал. Знал, что ты тоже…
— Я соврала про Гая, чтобы избавиться от тебя, мистер, — тихо и твердо сказала она. — Потому что… все шло черт-те куда. Я знала, что должна с этим покончить.
— И вот что вышло.
Я улыбнулся и через стол опять коснулся ее руки.
— Да, только дурное не стало хорошим. — Она отняла руку. — Ничего не изменилось. Ты по-прежнему женат. У тебя семья, Эд. И ты для меня недоступен.
— Обстоятельства меняются.
На глазах ее выступили слезы.
— Ни хрена они не меняются!
— Я не могу тебя отпустить, — сказал я.
— Знаете, я подумал, что приехал Эд. — Следуя за незнакомцем, Кэмпбелл плел небылицу о встрече, назначенной в «Ла-Рошели». — Миссис Филдинг сказала, что он с минуты на минуту вернется.
Страж вежливо дал ему закончить и взглянул на часы:
101
Генри Дэвид Торо (1817–1862) — американский писатель и философ; книга «Уолден, или Жизнь в лесу» (1854) — романтическая утопия, в которой описания времен года и жизни на природе перемежаются с критикой американского общества.
Томази ди Лампедуза (1896–1957) — сицилийский писатель, автор единственного романа «Леопард», опубликованного через год после его смерти; действие романа происходит в 1860-е гг., когда Джузеппе Гарибальди сражался за объединение Италии. Итальянский режиссер Лукино Висконти снял по роману фильм с участием Клаудии Кардинале, Алена Делона и Берта Ланкастера; картина получила Золотую пальмовую ветвь Каннского фестиваля.