— Ха-ха-ха! — засмеялся Измаил. — Если удар палкой погасит жар твоей души, то, пожалуйста, бей! — он быстро поднялся и шагнул к Нафисет.
— На тебе, если ты человеческого языка не понимаешь! — Нафисет развернулась и изо всей силы ударила Измаила.
В одно мгновение лицо Измаила исказилось звериной злобой. Он бросился, вырвал из рук Нафисет палку, хотел схватить ее, но она увернулась и убежала в другой конец комнаты. Пробегая мимо стола, она сбила свечку. Измаил в темноте налетел на ящик, скверно выругался и опять погнался за девушкой.
В этот момент со двора послышался тревожный оклик.
Измаил подбежал к двери.
— Что случилось?
— Скорее! Скорее! Они идут! Надо бежать!
— А лошадей запрягли?
— Лошадей нет дома! Скорее, скорее, идут сюда!
Голос умолк.
Измаил быстро зажег спичку и бросился к Нафисет. Некоторое время ему пришлось за ней гоняться. Когда, наконец, крепко схватив за талию одной рукой, он поволок ее к двери, во дворе раздался крик:
— Ни с места! Стрелять буду!
Вслед за тем кто-то побежал по двору. Раздались два выстрела. Послышались голоса.
— Окружить дом! Забегай с той стороны! Довлетчерий, ты вот здесь стань! — командовал кто-то. Нафисет рванулась. Измаил схватил ее и поволок к окну. Ударив ногой в раму, он выбил ее вместе со ставнем. Но от силы удара он откинулся назад и на миг ослабил руку, которой держал Нафисет. Она вырвалась и стремглав бросилась к двери, ударилась в дверь всем телом и с грохотом распахнула ее. С развевающимися волосами, путаясь в длинном подоле платья, она побежала в темноту, исступленно крича:
— Доготлук! Доготлук!
— Нафисет! — внезапно раздался около самого ее уха голос Доготлуко, и тот схватил ее за руки. Позади дома вспыхнула перестрелка. Доготлуко отвел девушку к плетню и торопливо бросил:
— Посиди пока здесь!
Затем он кинулся на звук выстрелов. Но перестрелка сразу оборвалась, и спустя несколько мгновений Доготлуко вернулся к девушке с каким-то человеком.
— Я стрелял в него в упор, — говорил человек. — Он все-таки ушел. Я не погнался за ним, — увидел, что девушки с ним нет.
На окраине аула послышались выстрелы.
— Слышишь? — обратился к Доготлуко его спутник. — Наверное, наши все-таки нагнали бандита…
Только теперь Нафисет по голосу узнала Довлетчерия. Испуг ее еще не прошел, и она тряслась всем телом.
Доготлуко положил ей руку на плечо и ласково сказал:
— Не бойся, не бойся, Нафисет! Они теперь не посмеют тебя тронуть…
По просьбе девушки Доготлуко отвел ее не к родителям, а в дом Амзана, мужа Куляц. Оставив при ней Довлетчерия, Доготлуко поспешно вернулся в аул совет.
Там уже знали, что девушку отбили. Халяхо кинулся навстречу взволнованному парню и, схватив его за руку, пылко заговорил:
— Молодец, мой Доготлук, молодец! Ты действовал, как настоящий мужчина.
Остальные старики, толпившиеся в аулсовете, присоединились к Халяхо.
Тем временем вернулись из погони Мхамет, Тыху и Биболэт. Халяхо даже не заметил их прихода, — он не сводил с Доготлуко восторженного взгляда и настойчиво спрашивал:
— Расскажи, сынок, как же ты узнал, где они скрыли нашу Нафисет?
— Тут заслуга моя совсем невелика, — сдержанно ответил Доготлуко. — Я расскажу обо всем, Халяхо! Но пусть приведут сюда этого проклятого притворщика Лыхужа: хочу, чтобы и он услышал мои слова.
Лыхужа, сидевшего под стражей, привели и поставили как обвиняемого.
Доготлуко глянул на него и гневно сказал:
— Помните, как он защищал тут святость наших адыгейских обычаев? Ну вот, послушайте теперь, что я вам расскажу… Когда мы с Биболэтом шли к аулсовету, я немного поотстал. Иду позади и осматриваюсь. Вдруг вижу человека, бегущего со всех ног. Человек этот добежал до аулсовета, остановился у крыльца, отдышался немного и только тогда вошел в помещение. Знаете, кто это был?
Глаза Доготлуко обежали присутствующих и остановились на Лыхуже.
— Это был он… Лыхуж! — медленно и тихо проговорил Доготлуко. — Вы помните, как на этом самом месте он укорял Биболэта. Но я подумал: «Лыхуж — всегдашний бейколь[45] Измаила… Не может того быть, чтобы он не принял участия в похищении девушки…» Кроме того, я вспомнил, что, когда встретил Лыхужа, он как раз бежал с того конца улицы, где стоит его дом. «Значит, все ясно», — решил я и пока вы тут рассуждали, взял двух парней и направился туда. На дороге нас остановил малыш-пионер и сообщил, что Нафисет спрятали у Шумытля Хаджирета и что он видел, как Лыхуж выбежал со двора Хаджирета. Вот и все. Стало быть, заслуга принадлежит не мне, а тому малышу.