Я снимаю халат и, отряхнув, вешаю в шкафчик. Варбург дал мне телефон на Беркерштрассе, предупредив, чтобы я позвонил не позднее восьми утра и только из автомата. Вопрос “Вы едете домой?” и ответ “Нет, я обедаю в ресторане” означают, что Одиссей должен ровно через час явиться на Швейнингер, отыскать домик с тремя ликами Феба на фронтоне, подняться в бельэтаж и, не звоня, войти в квартиру направо. Похоже, там у Управления-VI явка.
В полусотне метров от конторы ко мне прицепляется уже знакомая “тень” и тянется до метро, стараясь не лезть в глаза. Я еду в сторону Ноллендорфа, где делаю пересадку. Толпа служащих, спешащих на работу, закручивает меня, словно щепку в потоке, отбрасывая от “тени”, и лишает ее общества… Пять минут ожидания. Взгляд налево. Взгляд направо… Трамвай и автобус помогают мне достичь центра, а “У-бан”, в свою очередь, возвращает на окраину.
Диск телефона примерз, и мне приходится пальцем подкручивать его назад.
— Вы едете домой?
— Нет, я обедаю в ресторане.
Варбург первым кладет трубку… Выкурив сигарету, я опять спускаюсь по ослизлым лестницам “У-бана” и, купив газету у мальчишки, подставляю ладонь за сдачей.
…Особняк с Фебами на фронтоне я нахожу без труда. Широкая мраморная лестница ведет наверх, к обитой дерматином двери. Как и условлено, я вхожу, не оповестив хозяев звонком, и сразу же попадаю в общество Руди.
— Пальто, — говорит Руди тоном ротного фельдфебеля. — Кепку… Прямо и налево!
За сутки Варбург осунулся и постарел. Если в Бернбурге я имел дело с Зевсом, то сейчас передо мной бледная копия, лишенная намека на сходство со сверхчеловеком. Обычный сорокалетний мужчина, не атлет и не красавец, озабоченный своей судьбой. Впрочем, у него хватает выдержки, чтобы не начать разговора с Цоллера.
— Хотите кофе, Одиссей?
— Чуть позже… Вы что, совсем не спали?
— Меньше, чем хотелось бы. Может быть, все-таки кофе?
— Если вы настаиваете, — говорю я и сажусь в кресло.
Комната обставлена просто, почти убого. Два кресла, стол без скатерти, еще один — с телефоном. Руди ввозит каталочку с чашками и оставляет нас одних.
— Вам с сахаром, Одиссей? — говорит фон Варбург.
Он цепляется за роль гостеприимного хозяина, пытаясь отдалить момент, когда придется стать тем, кем он при всем своем цинизме все-таки никогда не хотел бы себя видеть, — агентом, дающим отчет о проделанной работе.
— Знаете что, — говорю я. — Перейдем-ка к делам. Наши союзники янки утверждают, что время — деньги.
Варбург с каменным лицом сыплет в чашку четвертую ложку сахара. Я терпеть не могу переслащенный кофе и спешу его остановить.
— Спасибо… Так как, принимаете мое предложение?
— Все равно, — говорит Варбург. — Что входит в сферу?
— Вооруженные силы. Политика. Финансы.
— И разведка?
— Ваше управление? В последнюю очередь.
Я заранее предвидел, что он мне предложит. Документы с теоретическим и практическим обоснованием “für alle Fälle” на случай поражения — штуку достаточно известную с эпохи Вальтера Николаи, еще какие-нибудь, касающиеся способов засылки агентуры, — сущие пустяки в сравнении с тем, что я намерен от него получить.
— Что же в первую? — говорит Варбург.
— Политика и армия.
— Извините, но Борман не приглашает меня в Пуллах. Разве что вас удовлетворит информация из МИДа?
— Кто у вас там?
— В принципе никого. Но начальник управления кадров Ганс Шредер сотрудничает с нами, мы получаем от него…
Рискуя выглядеть невежливым, я поднимаю руку.
— Нельзя ли подробнее о Шредере?
— Ортодоксальный член партии. Не имеет порочных наклонностей. Хороший семьянин. Что еще? Вроде бы ничего особенного. На Вильгельм-штрассе он один из немногих, кто приходит на работу в партийной форме и с пистолетом у пояса.
— Не очень обнадеживающе.
— Он помогает Шелленбергу в засылке агентуры. По своим каналам.
— Думаю, не он один.
— Конечно, — кивает Варбург. — С нами сотрудничает и промышленность. Я был уверен, что вы поймете, насколько это важно для СИС. Вы слышали о “Бюро НВ-7”? Там заворачивает делами Макс Ильгнер из “ИГ-Фарбен”. Считается, что бюро занимается экономическими выкладками, а сам Ильгнер не более чем промышленник. Но это не так.
10
На Беркерштрассе помещалась резиденция начальника Управления № VI РСХА бригаденфюрера Вальтера Шелленберга и здесь же находился его личный штаб.
11
“Für alle Fälle” (нем. “на всякий случай”). Термин, означавший в гитлеровской разведке агентурные операции, связанные с длительным оседанием.
14
После войны Макс Ильгнер избежал наказания и благоденствовал под крылышком шпионской “Организации Гелена”.