Отдав последний долг своим бойцам, которые остались стоять насмерть на Барренском утесе, Кафари переключила свое внимание на предстоящую миссию. Ее конвой двинулся в путь в бешеном темпе, продиктованном вероятной скоростью Сынка, с которой он доберется до зоны боевых действий. По всему маршруту у Кафари были выставлены наблюдатели, которые следили за Сынком. Прошло немного времени, как пришел первый сигнал. Этот короткий набор кодированных сигналов означал “Он выезжает”. Через пару минут поступило следующее сообщение. Она мысленно отслеживала продвижение Боло по воображаемой карте, на которой были всего два наиболее вероятных маршрута. Самый прямой маршрут на юг пролегал довольно близко к морю. Второй, более длинный, змеился вдоль подножия Дамизийских гор, проходя через крошечные фермерские деревни, где улицы были слишком узкими, чтобы Сынок смог пройти, не нанося серьезного ущерба.
Боло сделал логичный выбор, выбрав более короткую дорогу. Убедившись в этом, Кафари послала еще один кодированный импульс: “Едем длинной дорогой!”. Затем она нажала на газ и с ревом помчалась на север, время от времени поглядывая на свой хронометр, чтобы засечь время. Десять минут до безопасного места… восемь минут… пять… три… На нулевой отметке она нажала на тормоза и резко свернула на боковую дорогу, которая змеилась обратно в Папоротниковое ущелье. Остальная часть ее конвоя следовала за Кафари по пятам, теперь продвигаясь вперед буквально ползком, пока за очередным поворотом не оказались под сенью высоких скал. Кафари сделала осторожный разворот и заглушила двигатель. Выскочив из кабины она накрыла капот покрывалом, чтобы тепло горячего двигателя не поднималось над ущельем. Остальные водители последовали ее примеру.
Всех оглушила неожиданная тишина. Кафари напряженно прислушивалась, хотя знала, что Сынок был слишком далеко, чтобы уловить рокот его двигателей. Она тихим голосом отдала приказ группе, в напряжении ожидавшим сигнала “все чисто”, который прозвучит из их коммуникаторов.
— Наденьте скафандры. Пока только биохимические костюмы, но будьте готовы надеть маски, как только мы достигнем цели. Я дам сигнал, когда надевать шлемы.
С помощью коммуникатора она отдала такой же приказ отряду Аниша Балина и взяла один из защитных костюмов, захваченных на Барренском утесе. Она скинула с себя обувь, верхнюю одежду и наручный коммуникатор чтобы просунуть ноги в жесткую ткань и с трудом натянула рукава костюма биохимической защиты, который заключил ее в защитный панцирь. Бесшовный костюм прилегал к телу. Затем она надела ботинки, снова застегнула на руке коммуникатор, и поверх костюма надела свою одежду. Единственной незащищенной частью ее тела была голова. Она взяла шлем, который сочетал в себе функции биохимической маски — с полной автономной системой жизнеобеспечения — и боевого шлема, положив его на переднее сиденье грузовика, рядом с сиденьем Красного Волка. У нее была командирская модель, идентичная той, которую будет использовать Аниш. Потом Кафари помогла одеться остальным бойцам. Началось томительное ожидание. Прошло уже пятнадцать минут, а сигнала по-прежнему не было…
Наконец коммуникатор Кафари тихо запищал. Наблюдатель сообщил ей, что все спокойно и можно начинать второй этап операции.
— По машинам и в путь! — приказала Кафари.
Колонна сорвалась с места, продолжая двигаться в северном направлении к своей уже близкой цели. Преодолев очередной поворот, грузовик Кафари на полном ходу выскочил на дорогу, ведущую через открытую пойму Адеро. Она уже видела далеко впереди сверкающие в ночи, как маяки, огни базы “Ниневия”. Ее конвой начал рассредоточиваться, выполняя четкий маневр окружения базы.
Кафари точно знала, в каком здании содержат Хэнкоков. Она использовала оборудование Аниша, чтобы взломать системы безопасности и базы данных ПГБ. Конечно, ей не сравниться с возможностями Сынка по кибершпионажу, но ее навыков было более чем достаточно для ее целей. База “Ниневия” раскинулась на двухстах сорока семи акрах и выпускала пять тысяч новоиспеченных пэгэбэшников в год. Кроме того, там постоянно проживали офицеры и сержанты этой школы, а также повара, уборщики и прочий обслуживающий персонал.
Курсанты жили в южной части базы. Помещения для офицеров и сержантов окружали их казармы с запада и востока. Северную часть базы занимал парк автотранспортных средств. С этой стороны к базе уже подступали стремительно разраставшиеся бедные пригороды Мэдисона, и ограду базы усиленно охраняли, чтобы не дать нищим ворам проникнуть в ремонтные мастерские и украсть оттуда инструменты, запчасти или даже целые автомобили для продажи на черном рынке. Вокруг базы возвышались сторожевые вышки, на которых двадцать пять часов в сутки дежурили снайперы. Склады оружия и боеприпасов находились в самом центре базы на предельном расстоянии от ее ограды. Медсанчасть, столовая и продовольственный склад также располагались в центре. Там же была и тюрьма.
26
Разворот в три приема — это маневр, который выполняется в ограниченном пространстве, когда требуется развернуться на 180 градусов, используя движение задним ходом. Он состоит из трех основных этапов: начальное движение вперед, затем движение задним ходом, и завершение маневра движением вперед. Этот маневр часто используется на автодромах и в условиях, когда места для разворота мало.