– Поверил в себя, ага. Или просто крышу снесло человеку от всего вот этого – зомби, морфы… понимаешь?
– Угу.
– А меня вот другое занимает больше… Ты слыхал, как мальчишка назвал священную жертву? Ну вот того, у кого «Царь мертвецов заберёт сердце» – Капак хуча? Или Капак хуч, может быть?
– Угу, тоже заметил слово незнакомое. Если брать английский – там «хуч» означает «самогон». Но к нашим делам это никаким боком, сам понимаешь… Кстати, жену твою спросить можно. Она с мальцом больше всех разговаривала. И мне показалось, что это слово её не удивило. Иначе она бы переспросила, верно?
Действительно, почему бы не позвать Машу? Все машины стоят рядом, даже рацию брать необязательно, можно голосом крикнуть. А Маша с Ирой в Тойоте сидят, общаются о своём, о девичьем… Зову.
Дамы вылезают из пикапа. Заодно, на всякий случай, выглядывают Денис из Дефендера и Ринат из Гелика. Я машу им рукой – мол, «отбой воздушной тревоги». Действительно, всё пока спокойно, мы сверху следим. Только странно, конечно, вести разговор в таком положении: мне приходится повысить голос, и на пустом шоссе он разносится как-то необычно… А Маше приходится задирать голову, чтобы меня видеть.
– Да я спросить хотел, что такое «Капак хуч». Парнишка говорил про это. И ты вроде не удивилась, не переспросила… Знаешь, что ли?
– Ну как сказать… Что-то читала, давно. Действительно, у индейцев инка такой термин был. «Капак хуча», если правильно (не склоняется). Вообще «Капак» – это титул: «царь» или «правитель». Что такое «хуча» – не скажу, врать не буду. Но! Всё вместе это понятие «Капак хуча» означало «долг правителя», и оно же – «великое приношение».
– «Царские дары», значит. – говорит Сосед. Это он быстро сообразил.
– Да, скорее всего так. – говорит Маша. – В общем, так назывался ритуал жертвоприношений. И так же называли детей, которых приносили в жертву богам.
– А я почему-то думал, что инки всегда приносили в жертву взрослых воинов, пленников. Ну, когда воевали с кем-то, брали в плен врагов, и их… того. – говорю я. – На вершине пирамиды резали обсидиановым ножом, сердце вырывали из груди, а труп сбрасывали, и он катился вниз, орошая ступени кровью…
– Это ты точно в каком-то художественном фильме видел.
– Ну да, скорее всего – «Апокалипто» Мела Гибсона. – вынужден признать я. – Оттуда картинка.[75]
– Воинов, конечно, тоже приносили в жертву. Но самым главным, поистине «царским» даром для богов были детишки, от пяти до десяти лет. И вот их тоже называли Капак хуча. Причём, отбирали детей по всей Империи инков, именно таких, чтобы никакого изъяна в них не было – ни родинок, ни шрамов, ни даже веснушек… И само собой, было требование девственности. Чем моложе и чище жертва – тем более она угодна богам. Ну, и конечно, семье такого Капак хуча было большое уважение, это вообще у индейцев за честь считалось. Когда Капак хуча вели в Куско, в столицу Империи, все встречные падали пред ними на землю, и валялись, пока процессия не пройдёт мимо… Ну а потом жрецы приносили их в жертву, разными способами. Не всегда, кстати, вырывали сердце. Порой душили. Или закапывали живьём. Но главное – все жертвы, вне зависимости от способов умерщвления, должны были подойти к моменту смерти счастливыми и удовлетворёнными… До последнего дня Капак хуча сытно кормили, заставляли пить кукурузное пиво и жевать листья коки, и смерть свою они встречали одурманенными и опьянёнными.
– Просто одурманенных их проще было в жертву приносить, меньше дёргались. – говорит Сосед.
Мы соглашаемся с ним. И в этот момент над лесом разносится звуки выстрелов. Да много! Пальба! Остаётся понять, это наши стреляли, или по нашим? Без рации тут не обойтись. Придётся нарушить радиомолчание.
199. LorikK.
Плохие стихи и хорошие выстрелы.
Осталось немного. Последние метры до уступа мы стараемся подниматься максимально осторожно, чтобы ненароком не выдать своё приближение – звуком упавшего камня, или бряцаньем амуниции, или просто шумным дыханием. Хотя… там продолжают петь (скорее – завывать), так что нас вряд ли услышат.
Ну и вот, последний рывок позади. Мы почти лежим на крутом склоне, за которым должна быть площадка. Наш маленький проводник не обманул, привёл точно на это место. Теперь нам надо как-то спасти второго мальчишку. Но как именно мы будем действовать – мне пока не понятно. Так-то я стрелять готова, на «синяках» и «морфах» натренировалась достаточно. Но вот в безоружных людей целиться пока не готова. Не знаю, может быть, смогу, когда увижу их агрессивные намерения. Женька же – смог сегодня…
А он устроился на камнях рядом, от меня справа, и уже снял ружьё с предохранителя. Теперь – только приподняться немного над краем, чтобы увидеть «диспозицию». Остальной наш отряд (из восьми человек всего!) – тоже рассыпался по камням, под уступом скалы. Минуту только дух переведём, и начнём…
75
На самом деле, фильм Мела Гибсона «Apocalypto» (2006) рассказывает о цивилизации индейцев майя, не инков.