– Ну хорошо, пусть «навы». Ты, главное, расскажи, где встретил и как убил.
И Радомир начал свой рассказ. (Пока он говорил, нам принесли ужин: пшеничную кашу с мясными кусочками. Объеденье! Я слопал две порции, благо котёл большой.)
Так вот. Самое интересное, что мы услышали: Радомир ходил в город! Вернулся только сегодня днём. Вот почему мы не могли связаться с ним раньше. В город его потянула, как я понял, жажда новостей. Хотел разведать – что там творится. Вышел из Гремучего днём тридцатого, шёл вместе с сыном, Деяном, через горы. В приют Белый ключ заходить не захотели (или не рискнули), переночевали под открытым небом, на Двуглавой сопке, у Скалодрома. Как и мы, они видели «звезду Полынь». Тоже решили, что это пуск ракеты. Но вот подробностей не знали – у них рации без FM-диапазона. Так что моё сообщение про Совет обороны для Радомира стало новостью. И не скажу, чтобы он сильно обрадовался. А ещё той ночью они наблюдали с вершины много огней в городе. Есть электрическое освещение – значит, город жив!
Утром первого октября, то есть вчера, они разделились. Деян остался со своей радейкой на горе, а Радомир пошёл в город. Кстати, стало понятно, почему у нас не получалось связаться с ними в тот день: они, уходя, забрали обе рации, в их лагере на связи просто никого не было. Что же касается Деяна – он хоть и был высоко, но слишком далеко от нас. От Скалодрома до города всего шесть кэмэ, а до Киалимского кордона – все шестнадцать. Да и выходит та вершина на южную сторону, к городу.
В город Радомир заходил осторожно, со стороны леса – примерно как мы в самый первый раз. Но наших разведчиков тогда, помнится, почти сразу встретил Лесник с патрулём. А «волхву» удалось проскочить незамеченным. Собственно, и некому было его останавливать: людей не видно, дома заперты, ставни закрыты. Некоторые кварталы дачного посёлка полностью огородились со всех сторон – просто перекрыли проезды. Пришлось обходить. Понятно, что закрываются в качестве защиты от мертвяков. Но вообще видно, что люди в посёлке есть, просто стараются не высовываться. Единственное место, где кипит жизнь – это базар. (Ага, я его тоже припоминаю!) Ну, как кипит… это, пожалуй, громко сказано. Но торг идёт, и люди есть. Торгуют под защитой вооружённых бойцов. Но чьи то люди – Радомир не понял, а расспрашивать не рискнул – и так на него косо смотрели, мол откуда пришёл такой, не местный. Может, это и от Лесника бойцы. Но то вряд ли – уж очень морды бандитские. За охрану, кстати, берут «десятину» от сделок. И торгуют на рынке только продуктами, ни оружия, ни патронов не купишь. А это было главное, за чем он шёл (кроме новостей, конечно). А так, просто обменял принесённые с собой ягоды да грибы на куриные яйца. Очень надеется, что среди них будет хоть несколько с зародышами – тогда удастся вывести цыплят.
Кстати, именно на базаре он впервые услышал про «чертей» – они и на город ужас наводят. Но живых свидетелей не нашлось (оно и понятно!), всё больше слухи.
Потолкавшись на базаре – решил возвращаться. Отдал охранникам два яичка (из двадцати выменянных), и беспрепятственно вышел из города. А дальше, по его словам, допустил ошибку. Решил не горными тропинками идти, а через Белый ключ. Там и нарвался на «навь» или «чёрта» – то бишь, на морфа.
«Чёрт» прятался в одном из домиков. Когда-то (кажется, будто год прошёл с тех пор!) мы те домики зачистили. А вот сжигать тела времени не нашли. Да и не думали тогда, что так опасно оставлять за собой тела – даже окончательно мёртвые.
И вот тут-то Радомира очень выручил подарок Тимофея. Тот здоровенный нож – не то тесак, не то мачете, по имени «Ратибор», что Рыжий вручил ему при расставании! Этим самым тесаком Радомир ухитрился ударить «чёрта» справа в висок – и расколол черепушку. (Тим говорит – всё правильно, там височная кость самая тонкая.) Если по мне – то это буквально чудо, что при таком близком контакте с нежитью он сам избежал укуса или другого ранения… Но сам Радомир насчёт «чуда» не согласен.
– Не чудо, а помощь и покровительство Перуна.
– Ладно, пусть так. В любом случае, за это стоит выпить.
Достали бутыль – из тех, что взяли у покойного егеря. Разлили, чокнулись.
– За то, чтобы наши Боги всегда помогали нам в битве.
– За то, чтобы ножи наши не тупились, и ружья били без осечек.
– For alle gode mennesker![19] – присоединился к тосту датчанин.
56. LorikK.
О кошках и травах.
А у меня большая радость! Моя Котя нашлась. И не только…
Было так. Мы заселились в огромную палатку, которую нам выделили на эту ночь. Разобрали вещи из рюкзаков, достали кое-какие продукты – приготовить ужин (не дело – быть в гостях нахлебниками!) Решили сварить кашу с копчёным окороком, что взяли утром на чердаке Киалимского кордона. Уже собирались идти готовить, как в палатку забежала знакомая мне девочка Леля. И сразу ко мне.