– А от чего погибли туристы? – спросил Ильич.
– Представь себе – я не знаю! В Интернете об этом – ни слова. Про другие трагические истории намного больше информации.
– А были и другие?
– Конечно. И не мало. Это же Север. Мы за Полярным кругом, вообще-то. Здесь природа не прощает разгильдяйства. И даже странно, что на Материке про эти случаи почти не знают. Вот взять историю со студентами из куйбышевского авиационного, в 1973-м… ещё называли: «Чивруайская трагедия».[34] Десять человек тогда замёрзли насмерть – куда там группе Дятлова, про которую столько пишут! Но здесь просто загадок особых не было – январь, мороз под минус тридцать, и ветер сильный. Хотя… одна загадка всё же осталась – что вообще погнало опытных туристов из ущелья вверх, на плато, где ветер валит с ног?
Ещё знаю много случаев – от пятидесятых годов до наших дней. Например, опытные альпинисты погибли при попытке восхождения на Ангвундасчорр. Причём, товарищи погибших бежали из долины, бросив там трупы и все свое снаряжение. Внятно объяснить этот постыдный поступок не смогли. Из того, что я читал: говорили о внезапно охватившем их чувстве дикого ужаса… Ну мистика же. А я в неё не верю.
Или вот недавно совсем, в 2017-м году. Там же, у Сейдозера нашли брошенные палатки. Вокруг первой были разбросаны вещи: одежда, обувь, котелки, миски. А людей не было. И это совсем рядом с той тропой, где мы шли. Потом ещё вторую палатку нашли в этом же районе: сама палатка разгромлена, и тоже вещи разбросаны, еда на двоих… Сапоги порванные почему-то. И никаких признаков людей.
– Потом-то хоть нашли кого?
– Представь – нет! Не нашли. Ни крови, ни следов…
– Может, они как раз дядь Мишу повстречали? – спросил Виталий. Первый раз за смену голос подал.
– Может и так. Но почему тогда нет крови? И кости остаться должны. Однако – не нашли. Одно скажу. Повторю. Я в мистику не верю. Всё должно иметь разумное объяснение. Даже то, что с нами случилось.
– Так что с вами-то было? Ты не томи уже! – сказал Ильич.
– Ладно, вижу, вы готовы. Докладываю. В тот день, после обеда, мы шли вдоль ручья Чивруай. Искали ту самую избу. Но не нашли её! Вроде всё понятно было в описаниях, и мы не совсем уж дураки-то… Но – как ни смотрели по сторонам, избу не увидели. Может и правда, проглядели, мимо проскочили. А время – конец августа. Тепло ещё, но полярный день, когда солнце не заходит, уже кончился. Не сказать, что ночи такие уж тёмные, но… Туман, облачность, неба не видать. Ни луны, ни звёзд. И поскольку идти по темноте глупо, можно и ноги переломать – решили мы разбить палатку на берегу ручья.
Дело привычное, лагерь быстро обустроили, и дровишек набрали, похлёбку сварили на пеммикане. Вкусно! Вечеряем, обувку у костра сушим. И в общем, теперь поспать бы – а утром дальше путь продолжить, до Пунчи. Это деревенька такая полузаброшенная, на берегу уже другого озера – Умбозеро называется. Там железка проходила раньше, Кировск-Ревда… Сейчас только насыпь от неё осталась – рельсы сняли давно. Но вот как раз по насыпи можно спокойно в Ревду дойти. А оттуда уже на автобусе домой.
Но то – наш план на второй день. А пока, значит, поужинали и залезли в палатку спать, под журчание ручья. Хорошо! Сами сытые, ноги отдыхают после перехода. Комаров да гнус дымом отогнали, в палатке вчетвером пусть тесно, зато не холодно – надышали…
И вот уже нам бы ко сну отойти, как вдруг – слышим, а вокруг палатки ходит кто-то. Там же берег с одной стороны, галька. А с другой стороны – лес, значит хворост всякий. И вот слышно – сначала по галечному берегу камушки простучали – «шмяк, шмяк»… Потом по лесной стороне, по хворосту – «хрусть, хрусть».
Идёт неторопливо так… И в то же время чувствуется, что кто-то крупный, шаги тяжёлые…
– Медведь, может?
– Да нет, двуногий ходил. Не зверь. Это сразу как-то чувствуется.
– Ну а вы что же?
– Мы из палатки выскочили, с тем, что под руку попало: ну, нож, топор… Кстати, первая мысль была, что это егерь. Или турист какой-нибудь. Там народа не так уж и мало ходит. Потому не сильно испугались сперва.
Но выскочили посмотреть – а вокруг нет никого. И шагов уже не слыхать. Вот тут уже как-то не по себе стало.
Что делать? Вернулись в палатку. Попробовали снова спать лечь. Но прошло минут так двадцать – и снова шаги. Повторилось всё. Только шаги уже быстрей стали: «хрусть-хрусть-хрусть… шмяк-шмяк…» Мы снова наружу. Уже и фонарики взять догадались. И – снова никого.
Просто представь – ночь, темень, только небо едва серым отсвечивает. Лучи фонарей по сторонам рыщут, и в их свете только камни, вода, сосны да ёлки. Никакого движения, кроме наших собственных теней. Мы даже прокричали немножко, для порядка. Ну мало ли? Может кто-то стеснительный такой? Подошёл к нашей палатке, походил кругами, да ушёл?
Но не отозвался никто на наши призывные крики. Пришлось нам снова, уже в третий раз в палатку залезать. В этот раз даже вход закрывать не стали, и фонарики наготове держали. Благо, комары да мошка уже сами спят давно. А у нас, разумеется, сна – уже ни в одном глазу. Какой сон! Интересно же.
34
Десять студентов Авиационного института КуАИ начали маршрут по Ловозерским тундрам. Прошли перевал и на границе леса в долине Эльмрайок встали на ночлег. 26.01. в морозный день (температура -24°) прошли озеро Сейдозеро, поднялись по реке Чивруай и в лесу устроили привал с горячей едой. Судя по проявленной позднее фотопленке, изрядно пуржило. Несмотря на накат сумерек короткого январского дня, все же начали восхождение на плато. Мотивация решения неизвестна. Причин поспешности нет: начало маршрута, продуктов много, перевал планировали пройти на следующий день. На плато поднялись северным путем. Ветер лютовал, но дул в спину. По словам жителей поселков Ильма и Пунча, его скорость достигала 50 м/с. Температура резко упала. Спускаться все вместе в долину р. Киткуай не стали. Сначала, наверное, решили провести разведку пути. Пять человек тепло оделись и ушли. Оставшиеся пятеро, надеясь, что разведчики скоро вернутся, расстелили палатку и легли на нее. Поставить шатровую палатку на сильном ветру им не удалось. Они лежали, плотно прижавшись друг к другу. Крайний с наветренной стороны пытался прикрыться палаткой. Двое из разведчиков решили вернуться к оставшейся группе. Юноша Новосенов всю свою теплую одежду надел на спутницу, а сам остался в ковбойке. Альтшуллер с двумя товарищами благополучно спустился в долину, но они оказались в своеобразной ловушке: без лыж до поселка не дойти, а вернуться обратно против ветра не хватило сил. Контрольный срок истек 31.01. Пурга и сильный ветер помешали высадке спасателей на плато Чивруай. Они добрались туда на лыжах только 6.02. В 10 м от обрыва цирка обнаружили пять замерзших тел и недалеко – еще двоих. По надписям на лыжах и в записной книжке стало ясно, что туристы из Куйбышева. Поиски остальных продолжались весь месяц. 27.02. в долине р. Киткуай на выходе из ущелья в 2 км от цирка нашли двоих, в 10 м друг от друга. Только 1 июня у правого склона ущелья в 400 м от места гибели двоих нашли последнего погибшего – Альтшуллера. Он был тепло одет, но без рукавиц. По длительности и сложности поисковых работ, по числу погибших чивруайская трагедия превзошла аварию Дятлова.