Осталось рассказать лишь о младшем сыне Федора Михайловича Достоевского.
Алексей Федорович Достоевский (10 (22) августа 1875 – 16 (28) мая 1878)
10 августа в Старой Руссе в семье писателя появился еще один малыш, второй сын. Его назвали Алексеем. Анна Григорьевна Достоевская вспоминала: «10 августа Бог даровал нам сына, которого мы назвали Алексеем. Имя св. Алексия – Человека Божия было особенно почитаемо Федором Михайловичем, отчего и было дано новорожденному, хотя этого имени не было в нашем родстве. Оба мы с Федором Михайловичем были донельзя счастливы и рады появлению на свет Божий нашего Алеши». Он стал любимцем Федора Михайловича. Любе и Феде не разрешалось заходить в кабинет отца без разрешения, тогда как младшему дозволялось прибегать туда в любое время. «Едва только его нянька отворачивалась… мчался к отцу и кричал: “Папа, зи-зи!” как называл он… часы. Достоевский откладывал работу, сажал ребенка на колени, доставал свои часы и подносил их к уху малыша»[109].
Мальчик не прожил и трех лет. И это стало еще одной страшной трагедией семьи Достоевских. Ничто не предвещало беды, и в день своей смерти малыш весело смеялся и болтал на языке, понятном лишь ему одному и близким. Но в какой-то момент лицо ребенка исказилось легкой судорогой. Несмотря на то, что няня решила, что это родимчик, случающийся иногда у маленьких детей при прорезывании зубов, Анна Григорьевна посчитала необходимым позвать врача. Но и специалист не придал недомоганию значения. Однако судороги продолжались, и А.Г. Достоевская разбудила мужа. Они обратились к профессору Успенскому, который работал в сфере нервных болезней. У него шел прием, и свой визит в дом Достоевских он наметил после того, как отпустит больных. Вернувшись домой, родители нашли Алексея без сознания, и конвульсии все так же сотрясали его маленькое тельце.
Приехал доктор, но ничего конкретного не сказал после осмотра ребенка, кроме «не плачьте, не беспокойтесь, это скоро пройдет!» И лишь в коридоре сказал Федору Михайловичу, что началась агония, запретив говорить об этом Анне Григорьевне. В какой-то момент судороги пошли на спад, и это вызвало всплеск надежды. А.Г. Достоевская обрадовалась, полагая, что наконец-то ребенок уснет и потом пойдет на поправку. Сложно представить отчаяние родителей, когда их маленький сын перестал дышать. «Федор Михайлович поцеловал младенца, три раза его перекрестил и навзрыд заплакал… Я тоже рыдала. Горько плакали и наши детки… Федор Михайлович был страшно поражен этою смертию. Он как-то особенно любил Лешу, почти болезненной любовью, точно предчувствуя, что его скоро лишится, Федора Михайловича особенно угнетало то, что ребенок погиб от эпилепсии – болезни от него унаследованной». Как вспоминала потом Любовь Достоевская: «Припадок начался в пол десятого, кончился в сорок минут первого, било 3 часа 10 минут. Умер в двадцать минут третьего, агония продолжалась 1 час 40 минут, сначала очень стонал и охал, а потом тихо…»[110].
Алеша станет прототипом Алексея Федоровича Карамазова в романе «Братья Карамазовы».
Тяжело даже представить чувства человека, которому пришлось пройти через столько смертей близких и родных ему людей, тем более потерю детей. Какую нужно иметь силу, чтобы пережить это и идти дальше, не просто существуя, но и творя.
Не стоит забывать и про приемного сына Федора Михайловича Достоевского – Исаева Павла Александровича, ребенка его первой жены Марии Дмитриевны Исаевой-Достоевской.
Павел Александрович Исаев (10 (22) ноября 1847–1900)
О нем известно не так много, как бы нам хотелось. Поэтому озвучу те крупицы фактов, что есть. С 1857 по 1859 год пасынок писателя учился в Сибирском кадетском корпусе, однако его отчислили за какую-то шалость. Федор Михайлович всегда относился к нему с должной заботой и вниманием, находил ему педагогов, пристраивал на службу, но Павел нигде долго не задерживался из-за своего характера. Будущее П.А. Исаева тревожило Ф.М. Достоевского, и он до конца дней поддерживал того финансово. Приемный сын часто вел себя недостойным образом, так, например, когда он узнал о помолвке отчима и Анны Григорьевны, то не преминул высказаться об этом в крайне грубой форме. И А.Г. Достоевская неоднократно в воспоминаниях негативно отзывалась о нем. Он старательно отравлял ей жизнь, желая, чтобы все внимание Федора Михайловича принадлежало ему. Несмотря на то что окружающие считали, что Павел ленив, напыщен и заносчив, Достоевский говорил, что тот добрый и честный. Со временем Павел все-таки остепенился и выразил свою благодарность вырастившему его Ф.М. Достоевскому тем, что назвал сына в его честь.