Есть интересный момент в создании этого шедевра. В Швейцарии Ф.М. Достоевский был впечатлен картиной художника Ганса Гольбейна Младшего «Мертвый Христос в гробу», на которой изображено тело мертвого Христа после снятия его с Креста. Полотно так поразило Достоевского, что он сказал жене: «От такой картины веру потерять можно». Как раз стержень произведения, его основная мысль, что большинство героев живет без веры, и возникла у него в моменты размышления над работой Гольбейна. И в самой книге есть сцена, где князь Мышкин видит копию данной картины в доме Парфена Семеновича Рогожина, одного из главных героев романа. Рогожин признается, что любит смотреть на нее, а князь в изумлении говорит: «…от этой картины у иного еще вера может пропасть». И неожиданно Рогожин с ним соглашается. Таким образом автор расставляет акценты и привносит свои эмоции – видно, что он не просто писал эту книгу, он ее проживал. Именно в этом романе имеется и то самое знаменитое описание смертной казни. Князь Мышкин рассказывает о ней и о том, что испытывает и думает перед смертью осужденный человек, что является отсылкой к событиям в жизни самого Ф.М. Достоевского.
Фабула «Идиота» связана с уголовными делами 1860-х годов, которые Достоевский внимательно изучал. Детали произошедшего включены в текст романа или часто упоминаются героями книги. Таким образом Федор Михайлович создает определенную атмосферу ожидания кровавого насилия. События концентрируются и сгущаются, неумолимо приближая катастрофу.
А возвращаясь к предыдущим произведениям, мы и здесь снова видим тему двойственности. Достаточно прочитать начало и конец романа. «В одном из вагонов третьего класса, с рассвета, очутились друг против друга, у самого окна, два пассажира – оба люди молодые, оба почти налегке, оба не щегольски одетые, оба с довольно замечательными физиономиями и оба пожелавшие, наконец, войти друг с другом в разговор» (начало. – Прим. авт.). «…оба, во все время, у кровати ничего не выговорили», «дверь затворили, и оба опять улеглись» (последняя сцена. – Прим. авт.). Таких моментов достаточно много. Везде есть две стороны, две природы человека, темнота и свет, добро и зло.
В «Идиоте» Достоевский размышляет над вопросами нравственности, над тем, что у человека, который несет свет людям и хочет изменить мир к лучшему, на пути постоянно встречаются преграды в виде бездуховности общества и его неверия. Власть денег, желание наживы как важный разрушающий душу элемент. «Вон, в Москве, родитель уговаривал сына ни перед чем не отступать для добывания денег… Все ростовщики, все, вплоть до единого». И в конце концов происходит трагедия и с теми, кому несли свет, и они его отринули, и с тем, кто нес свет.
Первые отзывы о романе пошли еще до того, как весь роман был напечатан. А.Н. Майков писал: «…имею сообщить Вам известие весьма приятное: успех. Возбужденное любопытство, интерес многих лично пережитых ужасных моментов, оригинальная задача в герое…» Люди в буквальном смысле слова читали книгу везде, и только и говорили о романе Достоевского: «…просто не оторвешься до последней страницы». Газеты и журналы печатали статьи: «В круговороте жизни, в который автор бросает своего героя, – на идиота не обращают внимания; когда же при столкновении с ним личность героя высказывается во всей ее нравственной красоте, впечатление, наносимое ею, так сильно, что сдержанность и маска спадает с действующих лиц и нравственный их мир резко обозначается. Вокруг героя и при сильном с его стороны участии развивается ход событий, исполненный драматизма». Не обошлось и без отрицательных рецензий. В.П. Буренин[124] под псевдонимом Z вещал, что «роман можно было бы не только “Идиотом” назвать, но даже “Идиотами”, ошибки не оказалось бы в подобном названии».
А вот потом, после завершения публикации заключительных глав романа, статьи на его тему прекратили появляться. Федор Михайлович ждал всестороннего детального анализа, но его не случилось. Из чего он сделал вывод о «неуспехе» «Идиота». А дело было в том, что Достоевский являлся слишком уж новатором, опережающим свое время, и его идеи нельзя отнести к какому-либо из направлений: консервативному, либеральному или демократическому. При жизни писателя М.Е. Салтыкову-Щедрину[125] удалось глубоко заглянуть в концепцию книги: «…по глубине замысла, по ширине задач нравственного мира, разрабатываемых им, этот писатель стоит у нас совершенно особняком» и «не только признает законность тех интересов, которые волнуют современное общество, но даже идет далее, вступает в область предвидений и предчувствий, которые составляют цель не непосредственных, а отдаленнейших исканий человечества». К середине 1870-х годов Ф.М. Достоевский изменил мнение о «неуспехе», так как уже знал факты о признании «Идиота» среди читателей. В записной тетради за 1876 год он отмечал: «Кто из критики знает конец “Идиота” – сцену такой силы, которая не повторялась в литературе. Ну, а публика ее знает…» Действительно, продажи книги из года в год только росли.
124
Буренин Виктор Петрович – он же Владимир Монументов, Хуздозад Цередринов, Выборгский пустынник, граф Алексис Жасминов. Русский театральный и литературный критик, поэт-сатирик, публицист, драматург, переводчик, художник.
125
Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович – русский писатель-реалист, критик, автор острых сатирических произведений.