Я почесал щёку.
— Интересно, за что?
— За всё.
— Замечательно!
Но тут наш междусобойчик был внезапно прекращён, ибо дверь в покои открылась и вошёл здоровенный рыцарь в жёлтом плаще, на руках он нёс закутанного в шёлк младенца, Рейнира поспешила ему навстречу. Сзади за воином семенила бабка — нянька. Рейнира приняла ребёнка на руки, воин отдал его, проводив отеческим взором. Затем он увидел меня и словно вздрогнул.
— Сир Томас. — представила меня Рейнира, даже не глядя на меня, — он уже уходит.
— Сир Томас? — мужчина подошёл ко мне, — я наслышан о вас, о ваших подвигах в Вестросе, как вы сожгли орду летя на драконе.
«Так про меня всем всё известно и ей тоже, хорошо!» — подумал я.
— Сир?…
— Сир Харвин Стронг.
— Думаю мы могли бы посидеть в какой — нибудь таверне, — сказал я.
— Буду только рад, — Харвин крепко сжал мою руку, так, что мне стало больно.
— Хорошего дня, — я поклонился принцессе, — ваше высочество, сир.
И когда вышел за дверь подумал: «Эво оно как!» Но события лишь продолжали раскручиваться по нарастающей, и первый месяц мой после возвращения из Эссоса уготовил мне ещё немало сюрпризов.
Хорошие новости для меня заключались в том, что Колдер, мой старый приятель всё ещё работал в Королевской гавани. Он поступил на службу в Золотые плащи и дослужился до сотника. Я быстро восстановил контакт с ним, и он посоветовал мне хорошего кузнеца, который за звонкую монету сковал мне приличный латный доспех, состоявший из кирасы с тассетами,[25] полных латных рук, латных перчаток, поножей и шлема — салада[26] с опускающимся забралом. Также я заказал у оружейника полуторный меч с латунными украшениями и добротный щит выкрашенный в чёрный цвет с нарисованным белым солнцем на нём. Как член дома Бракенов я мог взять их герб или сделать комбинированный, как у Рейниры, на котором были изображены красный трёхглавый дракон на чёрном поле — Таргариенов от отца, серебряные сокол и полумесяц на голубом поле — Арренов от матери, и белый гиппокампус[27] на синем поле — Веларионов от мужа, но я всё же решил остаться при своих.
Харвин Стронг мне очень понравился, он был приятным в общении человеком, совершенно не похожий на угрюмого отца или своего братца Лариса. Ларис — Косолапый был младшим и увечным сыном лорда Десницы. В отличие от брата он не мог держать меча в руках или копья, не мог ездить верхом, но компенсировал это изощренным умом, хитростью, проницательностью и склонностью к интригам, по которой он больше походил на сира Отто, чем на Лионеля. Он мог так ненавязчиво втереться в доверие, что казалось, будто вы знаете его всю свою жизнь, а ему можно довериться более чем полностью.
Я пару раз пообщался с ним, до посиделок в таверне, где за кружечкой тёмного эля я планировал как — нибудь выведать подробности их с Рейнирой общения, которые, стоило мне раз взглянуть на её старшего сына Джейхейриса — темноволосого с глазами и чертами отца, были явно ближе, чем у благородного рыцаря и его госпожи, не дошло, но мы несколько раз общались в случайных встречах на тренировочной площадке. Я стал всё чаще туда ходить. Не для того, чтобы потренироваться с моим новым мечом — бастардом, у меня ведь есть дракон, да и вряд ли кто — то из этих олухов дрался с упырём или с некромантом, а для того, чтобы понаблюдать за детьми принцессы и её братьями, детьми Визериса и Алиссенты, а также за остальными царедворцами и монаршими домочадцами. Именно на одной из таких тренировок и случилось нечто особенное.
Облачившись в чёрный дублет из хорошего бархата и высокие сапоги, я опоясался кинжалом и спустился на тренировочный двор, там уже упражнялись дети короля и дети принцессы. Кроме нескольких стражников и пажей помогали в тренировках лорд — командующий Золотыми плащами сир Харвин Стронг и сир Кристон Коль, рыцарь Королевской гвардии.
— Решили потренироваться, сир? — тут же пристал ко мне Коль и прежде, чем я открыл рот, чтобы ответить, бросил мне затупленный тренировочный меч. Меч упал к моим ногам, Коль громко хмыкнул.
— Я пришёл, чтобы поглядеть, как тренируются принцы.
— Вам бы тоже не помешало, — сказал Коль, отступая назад и указывая на меня мечом, на лице его играла усмешка, — реакция у вас ни к чёрту, сир.
Я перешагнул через валявшийся меч, который, впрочем, чуть позже подобрал и повесил на стойку паж, и сказал.
— Сделаю открытия для вас, сир, война и тренировка не одно и то же.
— Я знаю, — бравировал Коль, — я был на войне.
— Да, — резко отпарировал я, — в Дорнийских марках. Вы были стюардом у какого — то лорда, никак не могу вспомнить его имени, а потом война закончилась.
27
В греческой мифологии морская лошадь с рыбьим хвостом. На гиппокампусах также ездили нереиды. Гиппокамп считается царём рыб. Он отождествляется с кетами (то есть китами). Морские божества в Древней Греции и Риме часто изображались на колесницах, запряжённых гиппокампами. В частности, гиппокампы были запряжены в колесницу греческого бога морей Посейдона. В геральдике гиппокамп используется, начиная с эпохи Возрождения, для обозначения связи с мореходством.
В книге у Веларионов герб морской конёк, но в сериале HBO именно гиппокампус.