Ее буквально окружала какая-то чувственная аура, словно сияние нимба из-за освещаемого солнцем облака, и меня сразу же заинтересовали ее формы под этим ее свитером, затмившие то конкретное текущее обстоятельство, что я схвачен этими людьми и нахожусь у них в руках.
Или тот факт, что она направила мне в грудь ствол немецкого Люгера. Мне вспомнилась фраза, сказанная моим отцом, когда власти объявили о наборе женщин в вооруженные силы.
«Женщине доверять оружие нельзя», заявил он. «Женщины очень возбудимы при любом стрессе. Они слишком хрупкие, слишком эмоциональные существа». Тогда я с ним согласился, несмотря на солидную выволочку, полученную от мамы. Я никогда не думал, что окажусь в таком состоянии, когда мне придется проверять на себе самом его теорию.
«Ты! Кто такой?», потребовала она от меня ответа. Я никогда не видел раньше настолько готового к убийству человеческого существа. Взгляд ее глаз был пугающе напряженным, исполненным лютой ненавистью. Видно было, что ей очень хотелось убить меня, она еле сдерживалась.
«Другая сторона вопроса — кто вы?», возразил я, бросив взгляд на отворот своей куртки, куда я прикрепил капсулу с цианистым ядом. Ее дал мне один агент УСС, американец, в Лондоне, чтобы я принял его в том случае, если попаду в плен к противнику. Передо мной стояла дилемма: достаточно ли я храбр, чтобы сделать этот мрачный шаг, дабы не раскрыть тайн под пытками? К моему ужасу, или же к радости, этой чертовой пилюли смерти там не оказалось — вероятно, она потерялась во время нашего ужасного, крайне неудачного перехода через реку, ставшего для нас катастрофой.
«На кого мы похожи?», спросила девушка. «Если бы мы были солдатами румынской армии, ты был бы уже давно в кандалах, и тебя бы везли в Бухарест. А если бы мы были немцами, ты был бы уже без нескольких ногтей и нес бы ахинею о том, какого цвета панталоны Черчилль надевает по воскресеньям».
То, что она сказала, было весьма резонным.
«Ваш позывной?», спросил пожилой господин на английском языке, чуть подпорченном легким акцентом, не немецким, но каким-то языком из той же лингвистической семьи.
«Перфлит[7]», ответил я. Я сам выбрал себе такой позывной.
«Кто командир?»
«Майор Сэмюэль Ф. Биллингтон».
Старик кивнул головой. Теперь настала моя очередь.
«А ваш позывной?», спросил я.
«Ледерблака», сказал он. Ответ был верным; и он являлся моим брашовским связным, которому я сам и придумал такой позывной, от древненорвежского слова «Ledhrblaka»
(«Кожаные крылья»), означавшим летучую мышь. И оно очень ему подходило; его кожа была такой же морщинистой и в складках, как старая шорно-седельная кожа.
«Можете звать меня профессором. Мы приносим вам свои извинения за такой грубый прием, но к нам поступали сведения о том, что немецкие и румынские шпионы выдают себя за английских спецназовцев, чтобы внедриться в Сопротивление».
«Не беспокойтесь», сказал я. «Я все понимаю, неизбежные издержки войны и все такое».
«Мы ждали вас в назначенной зоне высадки», сказал старик. «Что случилось?»
«Наш пилот по ошибке высадил нас возле Красного озера», сказал я ему. «Нам пришлось добираться сюда, как уж смогли, на свой страх и риск».
Девушка впилась в меня своими изумрудными глазами: «И что же вы тут забыли?»
«А вы кто такая?», спросил я, не столько как разведчик, сколько для того, чтобы перевести наш разговор на менее формальную основу.
«Возможно, твой злейший враг». Она подошла ко мне ближе и встала прямо передо мной. Я вдруг вспомнил о том, в каком позорном состоянии я находился, и о сопутствующем запахе, исходившем от моих коленей.
«Я не такая доверчивая, как мой отец», продолжала она, и ее мрачное угрожающее поведение подтвердили для меня ее настрой. «Еще раз спрашиваю, зачем вы сюда прибыли?»
И вот тут уже настал мой момент объясниться. Обмен нашими подпольными формальностями закончился, и я, наконец, получил возможность выступить с речью, которую я репетировал с того дня, как познакомился в клубе Сент-Джеймс с Гаем Гиббонсом, и он поинтересовался у меня, не хочу ли я поступить на службу в SOE[8].
Я встал, чтобы начать свою речь. Мои мокрые штаны прилипли к бедрам самым неудобным образом. Я старался не обращать внимания на свое отвратительное состояние и сконцентрироваться на том, что говорю.
7
Перфлит, Биллингтон, а также упоминаемый ниже Ренфилд — имена и название поместья, фигурирующие в книге Брэма Стоукера «Дракула». — Прим. переводчика.
8
Управление специальных операций (англ. Special Operations Executive), сокращённо УСО (англ. SOE) — британская разведывательная служба времён Второй Мировой войны, действовавшая в 1940–1946 году и занимавшаяся диверсионно-разведывательной деятельностью на территориях, захваченных гитлеровской Германией и ее сателлитами, и оказывавшая помощь силам Сопротивления. — Прим. переводчика.