В XX веке ситуация изменилась в сторону амбивалентных характеристик этого короля. В 1928 году католик по вероисповеданию X. Беллок пробил брешь в «черной легенде» о Якове Стюарте, представив его честным человеком и верным защитником свободы сознания, а его врагов «людьми в малой клике больших состояний… которые разрушили древнюю монархию в Англии». В 1960–1970-х годах стали пересматриваться мотивы введения королем религиозной терпимости, но в целом его правление считалось автократическим. Якова II и его оппонента Вильгельма III нередко стали представлять как «людей идеалов и человеческих слабостей».[239]
В последние десятилетия политика Якова традиционно рассматривается большинством историков в тесной связи с его религиозными убеждениями, конфессиональными и политико-правовыми противоречиями на Британских островах. «Его (Якова) главный интерес — обеспечить религиозные свободы и гражданское равенство для католиков. Любые „абсолютистские“ методы были средствами для достижения этой цели», — считает Дж. Миллер. В новом «Оксфордском биографическом словаре» можно прочесть, что «Яков тяготел к религиозной терпимости, но одновременно желал усилить власть короны». И, в отличие от правительства Нидерландов, «автократически комбинировал свободу сознания с народным управлением. Он сопротивлялся любому ограничению монаршей власти. Именно поэтому его сердце противилось тому, что он должен был сделать в 1688 году. Он предпочел жить в изгнании со своими принципами, нежели продолжать править как ограниченный монарх».[240]
Сегодня имеет место и кардинальная переоценка Якова II. Одни историки полагают, что «трансформацию» государственного управления в Англии можно было бы осуществить и без «восстания», сохранив законную династию, поскольку политика этого короля и сформировавшееся после его свержения якобитское движение представляли альтернативную модель развития Британии по консервативному пути. Другие же придерживаются мнения, что его правление может быть понято только в контексте экономических перемен в Англии и европейской политики. Почему? Во-первых, Яков целенаправленно «следовал примеру французского Короля-Солнце Людовика XIV. Отсюда вытекали не только старания окатоличить Англию, но и создать современный ему централизованный и исключительно бюрократизированный государственный аппарат». Во-вторых, в 1688 году Яков был смещен не столько из-за реакции протестантов на католизацию королевства, сколько из-за общего неприятия англичанами бюрократического государства и налогового аппарата, что привело к массовой поддержке Вильгельма Оранского. У С. Пинкаса, к примеру, Яков не наивен, не глуп, не эгоистичен. Напротив, он интеллигентный, стратегически мыслящий монарх, чья ориентация на французскую авторитарную политическую модель столкнулась с альтернативной точкой зрения, благоприятствовавшей голландской экономической модели и противостоящей авторитаризму короля.[241]
Поиски новых оригинальных подходов к Якову II продолжаются. Пересмотру прежде всего подвергся якобитизм как субкультура «самодостаточного и значительного по численности социального меньшинства, которое отвергло политическую, общественную и конфессиональную систему, установившуюся после Славной революции 1688 г.», а политика Якова II рассматривается, как попытка сформировать новый слой политической элиты. В новейших работах также отмечается, что во время реставрации Стюартов король, парламент и знать старались внедрить свой личный интерес в рамки большого «национального» интереса, что обуславливало неспособность партий Двора и Страны согласовать общую идеологию интересов, которая могла обеспечить чувство единства и стабильность английской политики.[242]
Как видно, Яков II по-прежнему остается спорной фигурой, и, пожалуй, будет ею всегда. По большому счету для адекватной оценки этого монарха наиболее важно понять его как личность во взаимодействии с местом и временем, в котором эта личность существовала. Тогда, как представляется, многое станет ясно.
239
Ashley М. The Glorious Revolution of 1688; Belloc H. James the Second; Prall S.The Bloodless Revolution: England, 1688; Buranelli V. The King and the Quaker: A Study of William Penn and James II; Cassavetti E. The Lion and the Lilies: The Stuarts and France; Childs J. The Army, James II and the Glorious Revolution; Gibson W. James II and the Trial of the Seven Bishops; Jones J. R.The Revolution of 1688 in England.
242
Szechi D.The Jacobites… P. 12; Ideology and Foreign Policy in Early Modern Europe… P. 180; История Европы. Т. 4. С. 131–138; Станков К. Н. Король Яков II Стюарт… С. 55–122.