Благополучный разгром оппозиции в 1685 году подал королю надежды на дальнейшее развитие успеха. Яков II попытался осуществить то, что не сумел сделать его брат и что блестяще удалось Людовику, — достичь абсолютной власти. Причем эту власть он понимал по-своему — в военном духе. Фактически не Вильгельм III, а он попытался совершить государственный переворот — принц Оранский в 1688 году лишь вернул то, что уже давно для Англии казалось естественным. Король ставил цель сменить аппарат чиновников в центре и на местах, реорганизовать судебную власть и создать, взяв за основу французский образец, регулярную армию, которая будет подчиняться только ему. Причем в новую армию, по его мнению, нельзя было включать те три шотландских полка, которые Вильгельм Оранский направил ему на помощь из Голландии. Намеренно или нет, но шотландцы прибыли на берега Темзы уже после окончания кампании против Монмута. Наказав двух солдат, уличенных в том, что они выпивали за упокой души Монмута, Яков отослал полки обратно на континент.
В ноябре 1685 года в палате общин шли дебаты об армии. Как считал король, Англия нуждалась в постоянной армии количеством от 14–15 тысяч человек. При этом Яков дал ясно понять, что не уволит офицеров-католиков, проявивших себя при подавлении восстания Монмута с лучшей стороны. Намерения короля взволновали прежде лояльный к нему парламент. Одни депутаты считали, что для содержания армии достаточно 200 000 фунтов, другие называли цифру в шесть раз больше. Сэр Уинстон Черчилль, отец будущего герцога Мальборо, считал, что первая цифра слишком мала: «Солдаты не воюют без оплаты. Нет денег — нет и „Отче наш“» (No penny, no paternoster). Положение обострил тот факт, что несколькими днями ранее Людовик XIV отменил Нантский эдикт. 20 000 гугенотов покинули пределы Франции к большой выгоде соседних государств; многие из них оказались в Англии. Отреагировав на это событие, палата общин вотировала сумму в 700000 фунтов, с которой согласились и лорды. Яков был раздражен, поскольку эта сумма показалась ему недостаточной.
Так или иначе, но опорой его власти стала постоянная армия, численность которой превысила 20 000 человек. Служили в ней не только англичане, но и иностранцы. Была улучшена подготовка офицерского состава, созданы первые военные суды, сделаны отдельные шаги в развитии системы обеспечения ветеранов и госпиталей. Однако при проведении реформ правительство Якова столкнулось с сопротивлением населения рекрутским наборам, низким уровнем дисциплины среди солдат и офицеров, дезертирством, конфликтами между военнослужащими и обывателями. Население отторгало реформу, и не только потому, что «ужасные» солдаты были размещены в городах, но и потому, что это противоречило английской традиции не держать профессиональную армию в мирное время. Кроме того, прежде лояльный парламент увидел большую угрозу в использовании Яковом своего права производить изъятия из действия законов, когда он назначил католиков без присяги командовать несколькими полками. Депутаты оспорили эти действия, и 20 ноября король приказал парламенту разойтись.[267] По сути, представительский орган был ему уже не нужен. Он твердо шел по намеченному пути.
В начале 1686 года в сейфе и туалете Карла II были найдены две бумаги, написанные им лично и содержащие аргументы о превосходстве католицизма над протестантизмом. Яков опубликовал эти документы вместе с декларацией, предлагавшей архиепископу Кентерберийскому и всем епископам опровергнуть их: «Дайте мне основательный ответ, только в джентльменском стиле; и он должен возыметь эффект, которого вы так сильно желаете, чтобы вернуть меня в вашу церковь».[268] Архиепископ отказался сделать это из уважения к покойному королю.
Фактически Яков предпринял попытку сформировать новый слой политической элиты из единоверцев-католиков и стремился улучшить их положение настолько, насколько это было возможно. Но это не было «католической революцией», как часто называют реформы Якова II в литературе, — король просто не желал зависеть ни от Франции, ни от Рима, ни от своих подданных. Несмотря на свои духовные привязанности, король Яков был наиболее терпимым в религиозном отношении монархом из всех своих предшественников. Его религиозная политика, в сущности, делилась на два этапа. В 1685–1686 годах Яков II пытался создать союз католиков и «Высокой англиканской церкви». Когда эта тактика провалилась, в 1687–1688 годах он выступил с идеей всеобщей веротерпимости, чтобы привлечь на свою сторону протестантских нонконформистов.