Возвращаются Б о й к о, Т и м а, за ними Н а т а ш а и Л и д а.
Б о й к о (в руках у него поднос, на котором чайник, котелок с кашей, тарелки с вареньем). Вот, на камбузе дружка встретил, кока из полуэкипажа. (Вместе с Тимой накрывает на стол, ставит стаканы, раскладывает еду.)
Н а т а ш а. Вы разрешите, Кира Петровна, нам с Лидой?
К и р а. Ну конечно. Садитесь все к столу.
Т и м а. Мама, а мы пригласили сюда еще одного дядю, американца, капитана. Он знает Васю.
Стук в дверь. Входит М а к к р и. Он вычищен, выбрит, гладко причесан, мрачен.
М а к к р и. Late captain of steamship «Cordelia». Frank Maccrie[5].
К и р а. Прошу вас, мистер Маккри.
Все садятся вокруг стола. Маккри вынимает из кармана бутылку рома, ловко выбивает пробку и разливает в стаканы ром.
Л и д а (к Маккри). А где же мистер Эд Кенен?
Маккри пожимает плечами. Затем тихо говорит что-то Наташе.
Н а т а ш а. Мистер Маккри предлагает традиционный тост моряков: за тех, кто в море!
Т и м а. Правильно! За тех, кто в море!
Маккри говорит, Наташа переводит.
Н а т а ш а. Он знал вашего мужа. Он был одним из последних, кто видел его. Он стоял с ним рядом на капитанском мостике. Он пьет за храброго моряка.
Л и д а (меняя тему). Вы знаете, Кира Петровна, я целый год не видела детей. Всех их отсюда вывезли.
Т и м а (Лиде). Вы садитесь сюда, тетя Лида. Между мной и Васей.
Б о й к о. Может, вам неудобно?.. (Отодвигается.)
Лида садится рядом с ним. Маккри тихо говорит Наташе.
Н а т а ш а. Он предлагает тост еще за одного храброго моряка, за Васю Бойко, который потушил пожар на американском пароходе «Пэтриот».
М а к к р и. За Вас-сью! (Снова тихо говорит Наташе.)
Н а т а ш а. У него дома жена и две девочки. Город Индианаполис, штат Индиана. Младшей столько же лет, сколько Тиме. Он думал, что уже никогда с ними не увидится. Он говорит, что ему очень приятно сидеть здесь, в теплой комнате, и слушать наши разговоры, которых он, к сожалению, не понимает. Он говорит, что умеет печь оладьи с вареньем, и, если вы хотите, он пойдет на кухню и приготовит. Но ему нужно немного муки, сала и варенья.
Т и м а. Мама! Дай ему скорее муки, сала и варенья!
К и р а. Но у нас нет, Тимоша. У нас есть только рыбий жир.
Б о й к о. Я тебе достану. Вечером.
М а к к р и (кивает). Ве-че-ром!
Открывается дверь. Входит Щ е р б а к. Движение среди сидящих за столом. Кира бросается навстречу Тимофею Николаевичу. Целуется с ним.
Т и м а (тихо Бойко). Это мой дедушка? Такой старый?
Б о й к о (так же тихо). Подойди к нему. Поздоровкайся.
Т и м а. Он злой.
Б о й к о. Нет, он добрый.
Т и м а. Мама сказала, он сердиться будет, что я без пропуска приехал, зайцем…
Щ е р б а к (услышал их шепот, резко обернулся). Где здесь зайцы?
Мальчик оробел.
Б о й к о (тихо). Скажи: «Здравствуйте, товарищ контр-адмирал». (Подталкивает его вперед.)
Т и м а (подходит к Щербаку). Здравствуйте, товарищ контр-адмирал.
Щ е р б а к (внимательно разглядывая мальчика, будто не зная, кто он). Это кто?
Т и м а. Тимофей Николаевич Щербак. (Оглядывается на Бойко, так ли он сказал.)
Бойко одобрительно кивает головой.
Служу Советскому Союзу!
Щ е р б а к. Чем же ты служишь Советскому Союзу?
Т и м а (беспомощно оглядываясь на Бойко. Тот кивает). У меня ружье есть охотничье…
Щ е р б а к (строго). Еще что есть?
Т и м а (совсем завял). Больше ничего… Баян еще. Вы прислали.
Щ е р б а к (поднимает мальчика, целует его). Забыл меня?
Т и м а. Нет, не совсем забыл… Я все время о вас думал.
Щ е р б а к. Что же ты думал?
Т и м а. Дедушка… Вы нас не выгоните отсюда? Я без пропуска.
Щ е р б а к. Нет. Не выгоню.
Т и м а. Вот эта большая звезда на погонах, это у всех контр-адмиралов?
Щ е р б а к. У всех… Скоро и у тебя будет.
Т и м а (недоверчиво). Скоро?
Щ е р б а к. Да, лет через сорок… Ну, дай-ка я тебя разгляжу как следует. (Смотрит на него.) Похож…