СЦЕНА 9-я
Октавио. — Курсио.
Октавио
Идет отряд
Бандитов через ту долину;
Пред тем как ночь во тьме замкнется,
Спуститься нужно к ним навстречу,
А то гора известна им,
А нам неведомы ущелья.
Курсио
Идемте ж все сомкнутым строем;
Я до тех пор не успокоюсь,
Пока ему не отомщу.
(Уходят.)
СЦЕНА 10-я
Внешний вид монастыря.
Эусебио, Рикардо, Селио, с лестницей.
Рикардо
Ставь лестницу, вот здесь, тихонько;
Не отставай же от меня.
Эусебио
Икаром буду я без крыльев,
И Фаэтоном без огня.
Взобраться я хочу до солнца,
И если мне поможет луч,
Я перейду за свод небесный.
Любовью сильной — я могуч.
Вы тотчас лестницу возьмите,
Как поднимусь; я дам вам знак,
Когда ее опять поставить.
Кто, воспарив, не мог никак
С высот заветных не сорваться,
Пусть воспарит и вниз падет:
Вся боль паденья не уменьшит
Миг созерцания высот.
Рикардо
Чего ж ты ждешь?
Селио
Какою силой
Ты, столь надменный, вдруг смущен?
Эусебио
Так вы не видите, что пламя
Грозится мне со всех сторон?
Рикардо
Сеньор, то привиденья страха.
Эусебио
Я страх[52]?
Селио
Всходи.
Эусебио
Хоть у меня
Глаза от пламени ослепли,
Но я пойду среди огня,
Пусть целый ад встает преградой.
(Поднимается по лестнице и уходит.)
Селио
Взошел.
Рикардо
Какой-то тенью сна,
Фантазией, созданьем мысли
Его душа устрашена.
Селио
Отнимем лестницу.
Рикардо
Придется
Нам дожидаться до зари.
Селио
А все-таки туда взобраться
Есть храбрость, что ни говори.
Хоть мне, скажу тебе по правде,
С моей крестьянкой сладким сном
Упиться было бы желанней;
Но будет время и потом.
(Уходят.)
СЦЕНА 11-я
Келья Юлии.
Эусебио; Юлия, в постели.
Эусебио
Никем не видим и не слышим,
Влеком таинственной судьбой,
Весь монастырь, глубоко спящий,
Я обошел, окутан тьмой.
Я был у многих-многих келий,
В их двери узкие глядел,
Но Юлии нигде не видел,
И здесь моей мечте предел.
О, вечно лживые надежды,
Куда ж влечете вы меня?
Какое мертвое молчанье!
Но вижу слабый свет огня
Средь этой темноты зловещей.
Здесь келья тесная, и в ней
Я вижу Юлию. Так что же?
(Отдергивает занавеску и видит спящую Юлию.)
Не хватит храбрости моей,
Чтоб с ней заговорить? Я медлю!
Пред чем дрожит моя любовь?
Едва, смущенный, стану смелым,
Как, смелый, я смущаюсь вновь.
В смиренном этом одеяньи
Вдвойне волшебна красота:
О, если женщина красива,
Она стыдлива и чиста.
Ее пленительные чары,
Своею странностью маня, —
Предмет моей любви, — влияют
Непостижимо на меня:
Во мне в одно и то же время
Хотения любви зажглись,
И жажда чар, и стыд, и жалость.
О, Юлия, проснись, проснись!
Юлия
Кто звал меня? Но что я вижу?
Ты тень желанья моего?
Тень мысли?
Эусебио
Так тебя пугаю?
Юлия
Но кто ж от вида твоего
Не убежит?
Эусебио
Постой, помедли!
Юлия
Чего ты хочешь в этот час,
О, призрак мысли повторенной,
Обманный, верный лишь для глаз?
Ты голос ли воображенья?
Ты заблуждений образец?
Рождение холодной ночи?
Мой сон? Мой призрак, наконец?
Эусебио
Я Эусебио, к тебе я
Пришел, о, Юлия, любя;
Когда б я был твоею мыслью,
Я был бы вечно близ тебя.
Юлия
Тебя я слышу, понимаю,
Мой стыд тобою оскорблен,
Действительный, ты мне ужасней,
Чем если б ты был только сон.
Где я, рыдая, умираю,
Где доживая, я грущу,
Чего ты хочешь? Вся дрожу я!
Чего ты ищешь? Трепещу!
Что ты задумал? Умираю!
Что ты замыслил? Гасну вновь!
Как ты сюда дерзнул проникнуть?
вернуться
52