Выбрать главу

Вероника Мелан

ДРЕЙК

Глава 1

Если чудеса в вашей жизни по какой-то причине не происходят, не спешите утверждать, что их не существует. Как именно они возникают, порой навсегда остается загадкой. Бывает, одни события меняют жизнь к лучшему, другие же — наоборот. Однако что на самом деле таится в понятиях «хорошо» или «плохо», мы — люди — не всегда имеем возможность оценить объективно. И только время, лишь оно одно, расставит все по своим местам, разложит по полочкам и когда-нибудь приоткроет завесу непреложной истины.

Осень за окном, заигрывая с прохожими, разбрасывалась золотыми листьями. В кабинете на третьем этаже, где располагался офис бюро переводов «Сократ», царила тишина. Кондиционеры умолкли еще в конце лета, когда спала жара. Единственные звуки, раздававшиеся из кабинета, — привычное щелканье клавиш, монотонное гудение системных блоков да иногда позвякивание стаканов о поверхность столов.

Чай здесь любили. Чаще всего со сладостями.

— Динка, ты закончила свою переводить? — прошептала Лена, выкинув обертку от сникерса в мусорное ведро и снимая наушники, в которых проводила большую часть дня.

— Нет еще. — Я покачала головой, глядя в экран, где передо мной вырисовывались ровные строчки англоязычной инструкции от плазменного телевизора, кропотливо переведенной мной на родной русский. — Не до конца. Пару абзацев осталось.

— Хорошо тебе. А моя только на середине.

Озорная блондинка Лена была, как и я, специалистом по переводу с английского языка. И сегодня маялась над описанием не то утюга, не то нового электрочайника.

Нашим заказчиком выступал крупный магазин бытовой электротехники, которому срочно приспичило выпустить на рынок новую продукцию, а без русскоязычных инструкций делать это было не положено. Ввиду спешки срок исполнения нам выделили совсем небольшой, всего три дня. Причем за означенное время требовалось закончить переводы для трех новых холодильников, двух DVD-плееров, нескольких пылесосов и миксера. Остальное, впрочем, уже завершили.

Обычно улыбчивая Лена, взглянув на свое творение, скуксилась:

— Еще столько надо сделать, а скоро уже шесть. Домой хочется!

Правда, через секунду ее лоб разгладился и со словами «Дорогу осилит идущий» она вновь принялась уравнивать языковые различия народностей нашей планеты.

Я тоже скосила глаза в угол экрана. Точно, скоро шесть. А потом на теплое осеннее солнце, на гудящие людьми дорожки, на пахнущие опавшими листьями улицы города. Домой! И если повезет и дома будет тихо, можно будет почитать специально припасенную для такого случая книгу о воплощении желаний в жизнь. Почему-то эта тематика в последний год стала для меня особенно любима. Кроме того, все связанное с позитивным мышлением и оптимизацией качества собственного внутреннего мира в целом.

Допив кофе, заедая его печеньем, я попыталась-таки сосредоточиться на тексте, перечитывая его с начала до конца. Осталось-то всего ничего — правила хранения и утилизация использованного продукта. Справимся.

Но не успела я напечатать и символа, как стеклянная дверь распахнулась и в кабинет вплыла Татьяна.

Ну что за невезуха?

О Татьяне стоит сказать отдельно. Красивая, несомненно. Брюнетка с длинными, черными как вороново крыло волосами до пояса. Стройная и неизменно модная. Макияж всегда выглядел так, будто нанесен десять минут назад. И все бы хорошо, если бы не одна особенность нашей коллеги. Дама эта слыла исключительно вредной на язык. Никто не знал почему. Казалось бы, такая красотка — живи и радуйся. Но Таня была заносчивой и дерзкой, а порой и просто злой. Но хорошим специалистом по немецкому. Потому-то крепко держалась на своем месте.

Стоило ей войти в комнату, как среди пяти девчонок, исключая Валентину Олеговну — заведующую и администратора, прокатился едва слышный тяжелый вздох.

— Все привезла, вот документы! — Татьяна хлопнула на стол администраторши папку с бумагами. — Теперь вы точно едете!

Валентина Олеговна оторвалась от пролистывания очередного женского журнала, которые любила почитывать в свободное время, и радостно воззрилась на враз перевернувшую всю атмосферу офиса Татьяну.

— Ой, как хорошо, Танечка! Гладко все прошло? Денег хватило на оплату путевки? Когда они мне будут теперь из агентства звонить по поводу билетов?

Сорокадевятилетняя Валентина Олеговна всерьез восторгалась перспективой надвигающегося отпуска, который планировала провести в Шарм-эль-Шейхе. Потому оплатила размещение в пяти звездном отеле на целых две недели, намереваясь качественно прогреть раскормленное тело на желтых лесках Красного моря.

— Конечно, Валентина Олеговна. Всего хватило. А звонить вам будут через два дня, — победоносно улыбнулась Татьяна, утопая в деловитой радости от успешно выполненного поручения.

Их разговор отвлекал. И не только меня. Лена строила мне страшные рожи со своего конца стола, а Оксана и Ира о чем-то перешептывались. Одна только Юля сидела с отрешенным выражением лица, будто никакие беды мира не могли оторвать ее от любимого французского. Вот где выдержка!

Татьяна, по каким-то ей одной известным причинам, считала себя второй по значимости персоной после заведующей, а посему любила отпускать неуместные комментарии, которые с легкой руки директора и администратора сходили ей с рук, но неизменно раздражали других сотрудниц.

— Леночка! Неужели уже закончила все? И инструкцию, и сникерсы? И даже с Бернардиной не поделилась?

Шпилька была в мой адрес. Я получила имя Бернарда в подарок от мамы, любящей все французское еще с тех времен, когда оное было совершенно недоступно советским женщинам. С того самого дня, как Татьяна впервые услышала его, стала по-королевски язвительно называть меня Бернардиной. Впрочем, она не первая и не последняя. Для друзей я давным-давно стала просто Диной или Динкой, что меня нисколько не раздражало. Все равно «Бернарда» не сокращалось ни во что другое удобоваримое.

Лена в ответ только поморщилась и тут же натянула наушники, чтобы не продолжать дискуссию. Всем известна моя тяга к сладкому, но остальные девочки никогда на эту тему не язвили. Кроме конечно же Татьяны, которой казалось, что, если человек весом своим преодолел шестидесятикилограммовый предел, он не имеет права топтать землю родной страны. Тем более так близко к ней — королеве красоты. А оттого шпильки и подколки в мой адрес сыпались бесконечным потоком. От завуалированных до самых что ни на есть открытых и обидных.

Но я не любила грубить в ответ. Да, слабости за мной водились. Но толстой я не выглядела. Разве что чуть упитанной. А в остальном очень даже ничего: густые русые волосы, глаза серо-синие, большие, с пушистыми ресницами. Нос прямой, рот симпатичный, овал лица, если бы не лишние килограммы, тоже, наверное, был бы красивым. Но каким именно, я почти забыла, поскольку стройной себя не помнила. Даже на детских фотографиях.

— А чего бы тебе, Диночка, не взять и тоже в Египет не съездить? Арабы-то не особо разборчивые. Всех любят.

Намек на то, что ухажеры за мной на работу не приходили. В свои двадцать шесть я уже как-то подзабыла, что такое свидания. Может быть, потому, что смотрели на меня не с тем же интересом, как на юных да гибких. А возможно, я редко находила мужчин, с кем просто было бы интересно пообщаться, не говоря о большем.

Сама я склонялась ко второму.

Но медленно закипающее раздражение подавила. Сказывалась привычка не растрачивать эмоции впустую на всяких Татьян и прочие гадости жизни. Внутреннее спокойствие дороже. Хотя и давалось не всегда легко.

Неожиданно вступилась Валентина Олеговна:

— Танюша, ты бы села да поработала. А то весь день сегодня на улице проболталась. Считай, шесть уже, а ты даже не начинала.

Татьяна обиженно поджала губы, но спорить не решилась. Только бросила презрительный взгляд на стоящее рядом со мной пустое блюдце, на котором еще недавно лежало печенье, и гордо удалилась к своему столу.