Я знал, что он был прав. С рыбой он ухватил бы весь мир за хвост. Получился бы прекрасный летний курорт — если выстроить вдоль озера коттеджи, они приносили бы в сезон кругленькую сумму. Уилсону определенно нужна была рыба.
И рыба появилась, но не раньше, чем мы потеряли почти всякую надежду. Тем временем я стал звездным постояльцем Уилсона: он пригласил меня оставаться на ферме столько, сколько я захочу, в качестве его гостя. Я проводил дни, помогая Уилсону вести хозяйство. Он уже несколько лет как овдовел и бродил теперь по берегам озера, высматривая признаки рыбы.
Однажды вечером, на закате, я увидел, как из воды выпрыгнула форель. Я подозвал Уилсона, который ответил мне на бегу и добрался до меня как раз вовремя, чтобы увидеть, как из синих глубин выпрыгнула еще одна рыба. Уилсон схватил меня за руку и сказал:
— Резерфорд, мне понадобится некоторая финансовая помощь. Если хотите участвовать, мы разделим прибыль. Что скажете?
Думал я недолго и сказал, что предоставлю необходимый капитал. Мы оставались на берегу озера до темноты, обсуждая этот вопрос и наблюдая, как доллары — Уилсону нравилось называть форель «долларами» — выпрыгивают из воды. Затем мы вернулись в дом, чтобы составить дальнейшие планы на следующий сезон.
Две недели спустя мы заканчивали строительство дюжины летних коттеджей. Позднее мы собирались построить больше, но решили, что для начала хватит и дюжины; отсюда видно, что даже пара новичков может рассуждать здраво. Мы могли сдать в аренду и сотню, если бы они у нас бы-
ли… Позже я пожалел, что вообще построил хоть один коттедж. Но кто мог тогда подозревать, к каким последствиям приведет наше начинание?
Коттеджи, возведенные на достаточно большом расчищенном участке на юго-восточном берегу озера, были достроены до наступления холодов. Закрыв дощатые ставни на окнах, чтобы защитить их от возможного ущерба, мы посвятили наше время планированию весенней кампании.
Нам с Уилсоном казалось, что зима никак не желала заканчиваться, но наконец она уступила место весне, и вскоре после этого я отправился в город. Там я провел ряд переговоров с некоторыми торговцами рыбой; результатом их, как только открылся рыболовный сезон, стала большая витрина с выставленными куканами форели, отчего последователи Исаака Уолтона[22] чуть не обезумели, мечтая помахать наживкой над местом обитания рыб. Выставку сопровождала тщательно составленная пояснительная надпись с необходимыми деталями. Сезон открылся, все наши коттеджи были заняты, и мы стали зарабатывать деньги.
Вскоре после этого мы начали слышать по ночам странные звуки. Находись мы рядом с портовым городом, я бы подумал, что эти звуки, хотя и довольно резкие, издавали корабельные сирены. Однако Хэмптон лежал более чем в полутора тысячах миль от океана и в тысяче миль от любого значительного водоема, где могли плавать корабли; мы решили, что до нас доносились отдельные громкие гудки с железной дороги, проходившей примерно в трех милях к западу от нас. Звуки беспокоили нас около недели, но затем, как и все другие часто повторяющиеся шумы, перестали нас тревожить. Среди дачников ходили некоторые предположения, но, когда мы сказали, что это, вероятно, шум какого-нибудь паровоза, они приняли наше заявление как факт и думать забыли о ночных звуках. Кроме того, что значит небольшой шум, когда рыбалка хорошая? А ловля была прекрасной.
Наше озеро и его окружение обладали только одним недостатком. После наступления темноты здесь становилось довольно холодно, так как озеро располагалось одновременно и на высоком месте, и в глубине холмов. Но днем было достаточно тепло, так что это не имело особого значения.
Однако в первой половине июля наступил период очень жаркой погоды. Тепло было до поздней ночи, и в ранние вечерние часы вода была густо усеяна лодками и каноэ, которые плавали взад и вперед у берега и уходили вглубь озера.
Первый сбой в спокойном порядке нашей жизни произошел как-то вечером во время этого жаркого периода. Мы с Уилсоном чистили на берегу пойманную форель. Было около восьми или чуть позже. Быстро темнело — на озере почти не бывало сумерек. Едва мы закончили работу, как где-то в юго-западной стороне над озером прозвучал долгий, мучительный крик, словно вопль смертельной агонии. Бросив рыбу, мы с Уилсоном побежали вниз по берегу в направлении коттеджей и нашли там всех женщин и двоих мужчин, сбившихся в испуганную кучку. В ответ на наши расспросы кто-то из мужчин сказал, что кричал молодой Барнаби, который вместе с отцом и матерью занимал один из коттеджей.
22
22. С. 161….