Войска проконсула вошли на территорию сугамбров[75], поскольку это племя отказалось выдавать римлянам тех немногих тенктеров и узипетов, которые спаслись после устроенной Цезарем резни. На правом берегу Ренуса мы провели восемнадцать дней. Легионерам разрешили грабить близлежащие селения и священные места, в которых германцы поклонялись своим богам. Отовсюду в лагерь Цезаря приезжали послы германских племен, желавших заключить перемирие с римлянами. Только свевы не спешили нанести визит проконсулу. Они уже собрали огромное войско для решающей битвы, поскольку боялись, что Цезарю удастся покорить всю свободную Германию.
Однако через восемнадцать дней, совершенно неожиданно для всех, Цезарь отдал приказ переправить войска на левый берег и снести мост. Среди легионеров поползли разного рода слухи. Одни говорили, будто проконсул испугался свевов, другие считали, что Цезарь добился того, чего хотел, — а именно доказал германцам превосходство технической мысли римлян — и не желал напрасно рисковать жизнью своих солдат. В Риме все превозносили Цезаря и всячески приукрашивали его подвиги. На каждом углу твердили, что его победы и успехи превзошли самые смелые ожидания. Проконсулу удалось совершить то, что оказалось не под силу ни одному прославленному полководцу Рима. Имя Цезаря было у всех на устах. Хочу заметить, что о Мамурре никто даже и не вспомнил. Впервые за всю историю существования Римской республики ее войска ступили на землю диких германских племен, расположенную на правом берегу Ренуса. С того самого момента эта река стала естественной границей Римской империи. Надежной границей, которую в ближайшее время вряд ли могли перейти враждебно настроенные племена.
Тем не менее Цезарь еще не утолил свою непомерную жажду славы и признания. Хотя лето закончилось, а в северной Галлии уже была зима, наступившая в том году раньше, чем обычно, войска римлян ускоренным маршем направлялись к западному побережью Атлантикуса. Я не мог в это поверить, но проконсул в самом деле собирался переправить свои легионы в Британию! Большинство офицеров сходились во мнении, что Цезарь если и не лишился рассудка, то уж наверняка потерял всякое ощущение реальности. Некоторые поговаривали, будто он надеется захватить в новых землях несметные сокровища, среди которых будут и огромного размера жемчужины. Но находились и другие, чьи предположения больше соответствовали действительности — они считали, что Цезарь хочет установить контроль над экспортом олова и металлов, наложив лапу римского орла на эту прибыльную сферу. Многие же смеялись над первыми и вторыми, утверждая, что Британия на самом деле существует только в воображении жадных до наживы купцов. Из этого можно сделать вывод: народы, жившие у Средиземного моря, почти ничего не знали об этом острове. Но Цезарь не обращал внимания на высказывания своих офицеров и легатов — он не собирался отказываться от своих честолюбивых планов. Проконсул хотел в очередной раз совершить нечто такое, что до него не удавалось сделать никому: переправить свои войска на окутанный сказаниями и легендами остров Британия. Официальным основанием для высадки на остров стало утверждение Цезаря, что галльские племена, живущие на побережье Атлантикуса, якобы получают подкрепление из Британии каждый раз, когда поднимают восстание.
Я остался в Галлии. В душе я желал Цезарю потерпеть поражение и надеялся, что он умрет жестокой смертью на таинственном острове. Он отобрал у меня Ванду, а Криксос, отправившийся вслед за ней, так и не вернулся. После той злополучной ночи Цезарь ни разу не заговорил со мной. А ведь ради него я сжег все мосты, связывавшие меня с моим кельтским прошлым, и стал его друидом! Теперь же он отвернулся от меня и бросил на произвол судьбы.
Галла Коммия Цезарь сделал царем атребатов[76], поскольку тот выразил согласие отправиться со своими войсками в Британию и выступить в роли разведчика во время этой экспедиции Цезаря. Однако сразу же после высадки на остров Коммия взяли в плен. После этого инцидента ни один римский офицер так и не отважился отправиться вглубь земель живущих там племен. Британцы собрали свои войска на побережье, но Цезарь и не думал отступать. Снарядив восемьдесят транспортных кораблей, на которые было погружено снаряжение и два легиона, он вышел в море из Порта Итиуса и через некоторое время, преодолев множество трудностей, высадился на острове. Проконсулу удалось одержать победу над отдельными немногочисленными племенами, но он не решился продвинуться вглубь Британии, поскольку разведчики сообщили, что там собралось огромное войско. Цезарь принял решение покинуть остров.