Тридцать ярдов.
Неожиданно он рухнул на землю, лицом вниз, прижимая ладони к асфальту.
Мышечная память.
Тело отреагировало быстрее, чем мозг сумел обработать звук выстрела, прогремевшего, точно гром, в холодном, разреженном воздухе.
Неужели Не-Шейна нашла его пистолет?
И нечаянно выстрелила?
От одной мысли про докладные, которые ему придется написать, Джеффри стало нехорошо. И не в том дело, что он мог бы сделать это даже во сне, потому что был траханым помощником детектива в течение последних трех месяцев и, по крайней мере, раз в день рассматривал отчет очередного придурка-копа, которого обчистила проститутка.
Джеффри выпрямился.
Двадцать ярдов.
Десять.
Он снова пригнулся, на сей раз перед «Мустангом», и положил ладони на горячий металл, пытаясь впитать его тепло. У нее был пистолет, который выстрелил, а он коп и должен что-то сделать по этому поводу.
Джеффри услышал визг шин в переулке. Снова встал, не расправляя плечи, чтобы посмотреть через крышу машины, что происходит. Голубой «Форд»-пикап, старая модель, ехал по переулку задом, оставляя за собой клубы дыма и запах горелой резины.
Джеффри посмотрел вниз.
Его левая нога больше не чувствовала холода; вокруг носка собиралась кровь, проникая в материал и напитывая все на своем пути.
Над горячей жидкостью поднимался пар.
Джеффри опустился на корточки и заглянул под машину.
Не-Шейна посмотрела на него, но не так чтобы внимательно.
Она находилась между жизнью и смертью, и это было единственное, что ее волновало.
Он множество раз видел такой взгляд.
Джеффри осторожно, опустив голову, обогнул машину, направляясь к Не-Шейне, потому что она перестала быть воровкой и теперь была жертвой выстрела.
Он окинул взглядом пустой переулок, когда выбежал на открытое пространство. Женщина получила рану в живот, самую худшую из всех возможных. В руке она держала его «Глок». Джеффри прикоснулся к дулу и обнаружил, что оно холодное как лед – значит, она не сама в себя стреляла. Он забрал у нее пистолет и направил его на переулок, одновременно пытаясь отыскать взглядом пожарные лестницы или плохих парней, забирающихся в открытые окна.
Голубой «Форд»-пикап.
В кабине двое мужчин, стрелял явно один из них. Джеффри видел обоих – не лица, очертания тел. Один был в бейсбольной кепке.
– Помогите. Мне, – взмолилась женщина.
Окна в отеле были закрыты, но кто-то внутри мог слышать выстрел.
– Кто-нибудь, вызовите полицию! – крикнул Джеффри.
– Помогите, – повторила женщина.
Она прикрывала рукой живот, и кровь вытекала между ее пальцами – непрерывная алая река, говорившая о том, что пострадала артерия. Джеффри прижал свои руки поверх ее, пытаясь остановить кровотечение, она закричала от боли, и он, стараясь перекрыть ее голос, завопил:
– Вызовите полицию!
Не-Шейна схватила его за запястье, открыла рот, чтобы откашляться, и кровь брызнула во все стороны. Теплые капли упали на холодную кожу Джеффри, он положил руку ей на щеку, посмотрел сверху вниз и вдруг сообразил, что вот так же находился над ней ночью, что всего несколько часов назад все между ними было иначе. Он глубоко вздохнул, и жар ее тела попал ему в рот, а потом расправил пальцы у него в груди.
Ему не следовало столько пить.
Ему не следовало столько болтать.
И ему следовало запомнить ее имя.
– Не двигайтесь, – услышал Джеффри громкий мужской голос. – Я не шучу, мистер. Просто… не шевелитесь.
Тощий длинный паренек, невероятно важный в своей полицейской форме, наставил на Джеффри револьвер. Точнее, пытался наставить. Потому что тот отчаянно дрожал у него в руках. Острые локти торчали в разные стороны, колени то соединялись, то расползались по собственному усмотрению. В пареньке было по меньшей мере шесть футов и пять дюймов, а весил он, наверное, сто пятьдесят фунтов после сытного обеда[33]. Ремень с кобурой болтался на худых бедрах, как у ковбоя, но в глазах стояли слезы.
– Пожалуйста, не двигайтесь.
– Всё в порядке. – Джеффри прочитал имя на груди мальчишки. – Полсон, сейчас я положу пистолет, хорошо? Больше я ничего не стану делать. – Он очень медленно положил «Глок» на асфальт. Потом еще медленнее поднял руки. – Полсон, ты правильно держишь револьвер, обеими руками, стандартным хватом, наставив его на мой центр масс, но, может, уберешь палец со спуска? – Джеффри подождал, но паренек даже не пошевелился. – Тебя ведь не так учили в академии, верно, Полсон? Что говорил твой инструктор? Держи палец сбоку, прямо над спуском, чтобы не совершить ошибку.