– Какой родней? – спросила я, не видя иных фантомов.
Я бы расстроилась, что мама не попрощалась, вот только нам не было в том нужды.
А затем услышала его – ни с чем несравнимый хор Гуднайтов, выступивших единым фронтом и требующих впустить их внутрь. Музейные двери распахнулись, и зал заполонили копы, спецназовцы, служащие, парамедики…
Карсон. Они окружили его. Я держала стажера – вернее, это мой дух его держал. Теперь мне была видна лишь его обувь. Я попыталась встать, но Тейлор положил руку мне на плечо, удерживая на месте.
– Он в порядке, – заверил приятель. – Суета потому, что они не могут понять, как он до сих пор в порядке.
– О. – Я огляделась. Ну и кавардак. Прах мумий, опрокинутые тотемы – в музее словно локальный взрыв произошел. – Ты что-нибудь видел? – спросила я Тейлора, имея в виду свое сражение.
– Кроме динозавра в ярости? Немного. Температура упала градусов на пятьдесят, ты произнесла «Бейзингсток» и вырубилась. – Он указал на свои глаза. – Хотя меня теперь всего придется просветить на рентгене.
– Отлично. В следующий раз Фин захочет подключить к моей голове электроды.
Господи, надеюсь, следующего раза не будет.
Тейлор склонил голову набок, изучающее глядя на мое лицо. Бог ведает, что он там прочел.
– Ты в порядке? – мягко спросил напарник. И вовсе не имел в виду ближайшие трое суток, которые мне предстоит проваляться, мучаясь адской головной болью. Я уже чувствовала, как она растет внутри, словно цунами.
Покраснев, я вдруг ощутила себя предательницей по отношению к Карсону. Глупость какая. Ведь решив уйти к стажеру, я тем самым предам Тейлора, который никогда мне не врал, даже ненароком… и который сегодня впервые убил человека.
Ради меня.
– Ты сам-то как? – спросила я.
– В порядке.
Я позволила себе улыбнуться:
– Ты все твердишь эту фразу. Вряд ли она значит то, что ты ей подразумеваешь.
Тейлор едва не позволил себе засмеяться, но вместо этого взглянул куда-то мне за плечо:
– Тебе лучше пройти туда и сказать то, что хочешь, пока есть возможность.
Прозвучало зловеще, но я поняла, что речь не о предсмертных откровениях. Просто вокруг кишели полицейские, Джерард выжидал, словно стервятник, и в любую минуту моя семья могла ворваться сюда и утащить обратно в Техас, привязав к своим метлам.
Тейлор встал и подал мне руку. Ноги у меня тряслись сильнее, чем я хотела это признать, и приятель сжал мою ладонь, прежде чем отпустить. А затем с помощью значка проложил мне дорогу к Карсону.
Он ужасно выглядел. От кровопотери старые синяки стали явственнее, а новые переливались кляксами по всему телу. И это только те, что я видела.
Заметив меня, стажер поморщился. И все равно ничего не сказал.
– Что ж, – начала я.
Что сказать парню, который невольно использовал тебя ради возможности вырвать магический артефакт у тайного общества, о котором он якобы не знал? И вдобавок, может, немного разбил тебе сердце, хотя знакомы вы всего пару суматошных дней, что не помешало ему закрыть тебя от пули?
В смысле, что тут можно сказать?
Да ничего. Потому что как раз явился агент Джерард и все испортил:
– Кристофер Карсон Магуайр, вы арестованы…
– Кристофер Карсон? – перебила я. – Тебя зовут Кит Карсон [10]?
– Что до тебя, – впился в меня взглядом Джерард, – я займусь тобой через минуту, мелюзга.
– Не займетесь, – возразил Карсон самым ледяным тоном, какой я у него слышала. – Она ничего не сделала. И если вы хотите получить всю известную мне информацию о «Магуайр Интерпрайзис», обо всей собственности компании и ее финансовой деятельности, лучше вам это помнить.
Пожалуй, утверждая, что он плохой парень, Карсон солгал мне больше всего.
Глава 38
Судья стукнул молотком, и Карсона признали невиновным во всем, кроме угона мотоцикла, ибо произошло это на глазах двух агентов ФБР. Может, дело в везении, смягчающих обстоятельствах или солидных выплатах тем же владельцам угнанного транспорта и совету музея, а может, в том, что никто толком не сумел объяснить, что же в действительности случилось в тот день.
И, конечно, Карсон знал всю подноготную отцовских преступных махинаций. Это не просто громкое дело, а самое что ни на есть сенсационное: об аресте напишут на первых полосах газет. Прокурор, вероятно, сделает на этом карьеру. Я не знала подробностей, но могу поспорить: служители закона были счастливы сотрудничать с Карсоном и его высокооплачиваемым адвокатом.
После вынесения вердикта в зале суда засверкали вспышки камер, а репортеры принялись выкрикивать вопросы. Я сидела на несколько рядов позади Карсона и наблюдала, как он встал и пожал руку адвокату. Выглядел Магуайр-младший намного лучше, чем в нашу прошлую встречу. И это не преувеличение. За два месяца я лицезрела только его фотографии на новостных сайтах, пока не вернулась в Чикаго вместе с агентом Тейлором, чтобы выступить на слушании.