33. Духовник должен, сколь возможно, воздерживаться употреблять слово «дочь», ибо опасно употреблять столь нежное и любезное имя, ибо Господь Бог наш есть ревнивый Бог, а этот вид обращения весьма фамильярен.
34. Духовник вне своего исповедального места и сана попечения душ не должен обременять себя многими вещами и делами [ради духовных чад своих], потому что Бог не хочет, чтобы он пёкся об их временных проблемах; также, насколько возможно, не стоит позволять видеть себя нигде, кроме как в исповедальном месте.
35. Нельзя допускать себя к восприемничеству или опекунству и произведению в действие завещания, поскольку такие должности причиняют душе много беспокойств и препятствий, неприличествующих столь совершенному и высокому сану.
36. Духовник никогда не должен посещать духовных дочерей своих, когда те больны, разве только если они позовут его.
37. Если духовник будет стараться приводить души к тому, чтобы они внутренне и внешне содержали себя тихо и воздержанно, то его слова и без его ведома будут как горящие угли, которые разожгут и воспламенят их.
38. В исповедальном месте обличения должны быть легки, а на кафедре жестоки. Там духовник должен облекаться кротостью агнца, а здесь рыкать, как лев. О, сколь сильно тихое и кроткое обличение в раскаивающихся; ибо сердца их уже тогда смягчены. На кафедре, напротив, нужно, чтобы устрашились слепые и жестокие грешники. Однако надо поступать строго, обличать и наказывать и тех, кто приходит на исповедь с дурным качеством ума и будто бы хочет силой вырвать у духовника прощение.
39. Если всё, для пользы душ уже сделано, что можно, то не надо потом смотреть на плод своего труда, что вышло; ибо это тонкие искушение сатаны, который хочет, чтобы мы вменяли и почитали за наше собственное дело то, что является делом Божьим, и часто нападает на духовника через его самовлюблённость и ложное удовлетворение самим собою как через непримиримых врагов духовного уничтожения, дабы воспрепятствовать таким образом умерщвлению и отречению от себя самого, о которых духовник всегда должен заботиться.
40. Даже если он иногда видит, что души, находящиеся под его руководством, не успевают, или что те, что ушли уже далеко, лишаются благодати, не следует беспокоиться о том, а нужно пребывать в своём внутреннем мире и в духовной тишине, по образу небесных стражей, Святых Ангелов. Да воспримет он тогда потом внутреннюю бодрость и это учение в придачу, что, помимо прочего, Бог позволяет такие промашки, чтобы духовник через это смирился, обучился и внутренне ободрился.
41. Духовник должен как сам избегать всего внешне кажущегося красивым, или вынужденного, или лицемерного поступка, так и приучать души, которыми он должен управлять, чтобы и они избегали этого; ибо это мерзость пред Богом.
42. Также он не должен принуждать души к причащению или удерживать их от него, разве что для того, чтобы их испытать или умертвить[71]; ибо бесчисленно много других средств, которые могут применяться для той же цели без столь великого вреда. Итак, не должен он запрещать его тем, кто искренне и всем сердцем желают того; ибо Христос открыт для нас каждый день и до конца мира.
43. Познание говорит, что чем больше упражнение покаяния, тем тяжелее приводить его в действие, и потому будет лучше, чтобы души предпринимали только умеренное и вмещающее в себе нечто полезное.
44. Духовный отец никогда не должен оказывать слишком великой склонности к одной из своих дочерей или великого негодования к другой; но должен поступать в этом разумно и осторожно и ни с одной не обходиться слишком доверительно и особо перед другими; ибо сатана, который старается возбуждать против духовника лишь зависть и ненависть и всевать плевелы в его духовное руководство, часто употребляет для беспокойства других то, что духовник выказывает к одной из них.
45. Важнейшее и постоянное упражнение душ, предавшихся одной лишь внутренней жизни — пребывать всегда заключёнными в себе самих, исторгали самовлюблённость так, чтобы вовсе не уважали её, и бодро воспринимать с терпением страдания внутренних умерщвлений, которые Господь посылает им, чтобы очистить их, уничтожить и сделать совершенными.
46. Поскольку желание откровений — одно из наибольших и обыкновеннейших препятствий, которые встречаются на внутреннем пути душам (особенно женщинам), так что почти не остаётся ни единого сна, который они не называли бы видением, — необходимо делать им эти сны в какой-то степени противными и вместо того вселять в них святой страх.
47. Хотя молчание бывает тяжко для женского пола, духовник не должен дозволять им болтливым образом разносить всё, что он повелел им по Божию велению; ибо неприлично выставлять на суждение человеческое то, что пришло от Бога[72].
72
По латинскому тексту: «чтобы то, что вдохнулось ему от Господа, каждому подносимо было для оценки».