Поскольку в нашей правовой системе не действует какая-либо временная, гражданская или законодательная вентиляция, унаследованный ею дух двойных стандартов ещё долго будет отравлять всю Литву. Мне кажется, это зловоние источают не сами прокуроры. Такими духами их снабжают различные партии. Вина прокуроров в том, что они при сведении счётов со своим не вполне прозрачным и патриотичным прошлым перестарались и после своего опоздания так энергично стали возрождаться, что многие мало отличаются от взмыленных лошадей, аж пеной покрылись, и в этой политической коловерти им уже не до правосудия. Это - юрисконсульты наших нечистоплотных политиков, и никто больше. Это щит не государства, а некоторых высокопоставленных преступников.
Теоретически прокурор - это человек, представляющий государство и следящий за тем, чтобы все граждане одинаково соблюдали букву закона. Согласно Конституции, прокуратуры должны действовать при судах. Но, поскольку Основной закон создавался под одного человека, а в спешке на президентских выборах никто не осмелился указывать, как следует исправить ошибки, всё получилось наоборот: вся система правопорядка оказалась в собственности прокуратур, а наша Конституция стала такой же формальной, что и сталинская, т.к. в жизни не выполняется ни одно из её фундаментальных положений. По словам старичка Адамкуса, это не священная корова, даже хорошо, что она безрогая, поэтому без всяких опасений её может доить и отправлять на мясо любой, кто перелезет через забор, установленный для рядового обывателя, и прочно присосётся к государственной кормушке.
Словом, элита доит, олигархи перерабатывают это молоко, а блюстители закона занимаются ловлей блох в Конституции и на практике доказывают каждому гражданину Литвы: каково государство, таковы и прокуроры. Можно выразиться ещё точнее: при отсутствии государства не может быть ни нормальной конституции, ни прокуратуры.
Для подкрепления этого скандального заявления я воспользуюсь примером правового “самосовершенствования” предпоследнего генерального прокурора А.Климавичюса. Вначале этот ответственный и чуждый шумихи человек пытался придерживаться буквы закона и не раз в частных беседах заверял:
- Я не Педничя.
Ну, и Бог ему в помощь!
Когда политики попросили его начать расследование незаконных действий А.Серейки[35], он ещё руками и ногами упирался и насмехался над ними:
- Так что, нам полагается начать следствие по поводу того, что оперативный работник доставил тот материал в президентуру? На какой объект было покушение? Комедия!
Он всё еще руководствовался законами, согласно которым, по его мнению, свергать президента такими методами недопустимо.
А.Сакалас[36] пытался Климавичюса сломать:
- Климавичюс всегда скептически реагирует на нарушения законности, особенно когда их допускают высокопоставленные должностные лица.
На этот выкрик вообразившего себя многозначительным деятелем старикана прокурор тоже не стал обращать внимания, но он также не пожелал замечать того, что комиссия Сакаласа избрала противозаконный путь. Ещё не начав расследования, она уже признала Р.Паксаса виновным и своё предвзятое мнение опубликовала в прессе. Страж законности в данной ситуации повел себя подобно деревенскому мудрецу: моя хата с краю, ничего не знаю. Тогда партийные приживалки принялись во все трубы гудеть на прокурора. Он переживал, оправдывался, пока, наконец, не рассердился:
- За эти месяцы мы столько наслушались, столько начитались со всех оппонирующих сторон, что уже стоит учредить вторую прокуратуру для расследования только этого скандала. Обеим сторонам (уже обеим!) не нравится, что мы придерживаемся закона, поэтому мы оказались между жерновов, - пробивается первая нотка испуга, а дальше уже - крик человека, которого загнали в угол: - Если начнётся заваруха, вы наброситесь на генерального прокурора и будете спрашивать, почему он не наведёт порядок. Поэтому предупреждаю: кончайте!
Так прокурор становится на время заложником обеих сторон, но после беседы с А.Паулаускасом[37] нападающая сторона становится для Климавичюса более приемлемой. Если раньше он утверждал, что любую кассету с магнитофонной записью телефонного разговора, услышав голос президента полагается немедленно прекратить прослушивать и тут же уничтожить, то теперь он не пошевельнул и пальцем, когда А.Паулаускас и М.Лауринкус[38] распространили запись по всему Вильнюсу, и не пресёк это преступление.
35
А.Серейка передал президенту Паксасу сведения об обстоятельствах сомнительной процедуры приватизации винодельческого предприятия “Алита”.
36
Алоизас Сакалас возглавлял парламентскую комиссию по отрешению от должности президента Паксаса.
38
М.Лауринкус - тогдашний генеральный директор Департамента государственной безопасности.