Книга «Не» Ивана Грозного
— Почему же не было? — удивился Вейзель, явно услышав последнюю фразу, произнесённую Настей. — Всегда всё было одинаково. Только одежда на людях различалась тем, что сегодня мы называем модой, а поступки всегда были одними и теми же. Мы можем рассмотреть всё это на очень показательном примере.
Студенты согласно закивали головами, почти автоматически предчувствуя новое путешествие или какое-либо приключение.
— В самом начале двадцатого века учёные не знали, что существовал древнерусский письменный язык, — произнёс старец Кулик. — Но вот археологам стали попадаться берестяные грамоты, и учёные поняли, что уже в десятом веке Русь говорила на весьма развитом языке.
— Как бы нам всё это увидеть? — скептически отозвался Антон, провоцируя старцу Кулика к немедленным действиям.
— Смотрите! — просто ответил старец Кулик, и студенты мгновенно оказались в книгохранилище.
— Где это мы? — испугался Антон.
— Молодёжь! Вы в библиотеке царя русского и гиперборейского Ивана Васильевича Грозного! — торжественно отрапортовал мужик в странной одежде с разрезанными длинными рукавами.
— А вы кто? — с испуга спросил мужика Антон.
— А я — хранитель книг.
— И вы не удивлены нашему появлению? — спросила Настя.
— Нет. Я вас ждал.
— Ждал? — удивился Антон.
— Да. До вас был один читатель из будущего. Он мне сказал, что вы придёте. Поэтому я вас ждал.
— И вы верите в будущее? — теперь удивилась Настя.
— А зачем мне «верить» или «не верить»? Я знаю, что это так. Вы же ведь здесь! — улыбнулся библиотекарь.
— Да… Мы здесь…. - ответил Антон, а потом спохватился: — Где «здесь»?
— Я же сказал, вы в библиотеке царя русского и гиперборейского Ивана Васильевича Грозного! — также торжественно отрапортовал мужик в странной одежде с разрезанными длинными рукавами.
— И какой сейчас год? — спросил мужика один из студентов.
— Семь тысяч шестьдесят третий, — ответил тот без запинки.
— То есть по-нашему 1555-й год, — посчитал студент.
— Почему это по-вашему 1555-й год? А остальные годы где? Куда вы их дели? — пришёл в негодование библиотекарь.
— Да, был тут после вас один сумасшедший царь. Он так Европу любил, что свою историю России полностью под нож пустил, а вместо неё европейскую историю на Руси сделал.
— Европу? — рассмеялся библиотекарь. — Что её любить? Её учить надо. То мыться их научим, то уму- разуму. А они всё равно воруют и воруют. Дикари!
— Уважаемый библиотекарь, — набрался смелости Антон, — а у вас есть какие-нибудь древние русские книги?
— Что значит «какие-нибудь»? — удивился библиотекарь.
— Да, в наше время почти ни о каких книгах неизвестно, — признался Антон.
— Куда ж они делись? — не поверил ему библиотекарь.
— Не знаем, — пожал плечами Антон.
— А какие годы вам нужны? — спросил библиотекарь.
— Десятый — одиннадцатый века, — предложил Антон.
— Шесть тысяч пятисотый год примерно, — поправила его Настя.
— Ну, вот смотрите, — показав студентам рукой на огромный сундук, библиотекарь открыл его и с величайшим почтением достал несколько деревянных книг: — Вот керы[11]. Они очень старые. Им по пятьсот — по шестьсот лет. Но они в полном порядке. Их можно читать.
Студент взял одну и раскрыл. Это была дощечка с вынутой примерно миллиметров на пять сердцевиной, залитой после этого воском. На воске были нацарапаны какие-то каракули. И они сохранились!
— А вы можете прочитать? — попросил библиотекаря Антон, протягивая ему книгу.
— Конечно, — ответил библиотекарь и стал читать текст, начертанный на воске той самой керы.
— Книга «НЕ». 12 месяц 5509 года, — прочитав название книги, библиотекарь отвлёкся от текста и посмотрел на ребят, убедился, что те его слушают, и продолжил: Когда ли были те времена. Но пришла на землю нашу грязь немытая. Долго сеяли они семя чёрное, семя злобное. Аж, три тысячи лет. Да, ещё одну. И забрали они всё, что нажито, всё, что дорого, всё, что значимо. И забрать смогли наше будущее. Глупо верили мы, «веря их богам», что придёт наш Бог да с победою. А они-то знать обо всём могли. Ведь они те книги пописывали. Как пописывали и почитывали, так узнали они о каре той, что постигнет их. Знать-то знали те — те, что злобные. Только нам-то сделать что — не смогли бежать, — библиотекарь остановился, чтобы перевести дух, и спросил: — Продолжать?
11
Кера — общее название древней книги. Латинизированное «сега» — «цера». От «кера» (книга, писание) происходит «Кирилл», «Коран» и др., а также «царапина», «каракули», «кирилица» и т. д.