Снова начался мелкий дождик, а без лобового стекла ехать было тяжело. Я вполне осознавал, что стрелять они в меня не будут, им нужен целый автомобиль, но и в живых меня тоже не оставят как свидетеля. При поворотах я слышал, что в кузове что-то брякалось и елозило, а при поворотах со звоном ударялось о стенки. Хотя я точно помню, что кузов машины был абсолютно пуст. Последние пассажиры забрали все свои вещи.
Значит, в кузове остались вещи бандитов. Я хотел выбраться по улице, по которой попал сюда, но выскочившая с бокового двора вторая машина перегородила мне путь, заставив меня изменить планы.
Сделав крюк и выскочив через газон на тротуар, я обогнул перегородивший дорогу автомобиль, и выехал на дорогу, расшвыривая комья мокрой глины и земли. За мной гнались уже две машины. Видать, это была хорошо организованная банда.
«Надеюсь, третьей машины не будет», – пробормотал я себе под нос, видя, как меня начинают догонять. Как я не пытался гнать быстрее, не получалось. Видимо, это был ее предел или мешал тяжелый груз, находящийся в кузове позади меня.
«Наверное, потому и стояла машина на отшибе», – мелькнула мысль.
«Волга» поравнялась со мной, из открытых окон на меня смотрели три ствола. Меня бросило в холодный пот. Я инстинктивно сбросил скорость и услышал как кто-то прыгнул на крышу моей машины.
Не успел я разогнаться снова, как вторая машина, «Волга», уже поравнялась со мной и оттуда на меня уставились два ствола.
Я резко нажал на тормоз. Машину заносит на луже и она, едва не перевернувшись, по инерции разворачивается и ударяет в правый бок второй «Волги». «Волгу» от удара разворачивает в сторону, и она с жутким грохотом вылетает на газон и врезается в фонарный столб. Я оказываюсь прямо на дорожке какого-то сквера и резко нажимаю на газ. Мотор в этот момент едва не заглох от хлынувшей на него волны из лужи, которую сам же и поднял. Приняв отвратительный холодный душ, я уже мчусь между парковых скамеек. За мной теперь гонится только одна машина с рупором.
– Эй, малый! – заговорили в рупор. – «Ты гораздо больше получишь того, что везешь». Я вспомнил направленные на меня стволы оружия, представив, как они выстрелят в меня.
– Ну, уж дудки! Чего захотели, головорезы проклятые! – крикнул я во все горло. Тут я увидел, как с крыши моей машины появилась небритая рожа с пистолетом в руке.
– Писец тебе Рокер[1],– сказал бандит.
Я резко затормозил, но бандит на крыше удержался, потеряв только пистолет, который упал в кабину, больно ударив меня по лицу. «Волга» меня уже настигла. Я затормозил, она увернулась, сметя чугунную скамейку, и оказалась на раскисшем газоне.
Я свернул на другую дорожку и, пролетев через детскую площадку по кочкам, сквозь кусты, вырвался на параллельную улицу. Я видел, как бандита сбило ветками кустарника и он упал на землю. Не успел я опомниться, как в бок моего «Москвича» врезалась «Волга». Меня едва не выбросило из машины. Я понял, что сейчас погоня пошла не на жизнь, а на смерть. По мне начали стрелять и я стал давить на газ, но под ногой все время что-то мешалось. Мельком бросив взгляд вниз, я увидел между педалями тормоза и газа застрявший пистолет. Пока я поднимал пистолет, «Волга» снова меня настигла и поравнялась со мной бортом. В тот момент, когда я нагнулся, чтобы подобрать пистолет, раздались выстрелы и на меня посыпались осколки боковых стекол. Схватив пистолет, я рукой нажал на тормоз. Не успев даже разогнуться, услышал визг тормозов и глухой удар. Поднял голову и увидел, как «Волга» сносит заправочный кран и врезается в кассу бензоколонки. Я с ужасом наблюдал, как яркая вспышка огня бежит от «Волги» к снесенному ей же заправочному крану, из которого хлещет бензин.
«О, черт!» – воскликнул я. В следующий момент раздался такой силы взрыв, что взрывной волной разбило все стекла в соседних домах и, обдав жаром, отшвырнуло мою машину вместе со мной метров на десять.
Окрестность превратилась в «огненный ад». Я, чувствуя как жжет лицо от пожарища, свернул во двор соседнего дома, нашел укромное место и остановился. После пережитого за последние часы решил передохнуть и успокоиться. Первым делом, я вышел из машины и осмотрел ее. Вид у «Москвича» был неузнаваемый: передние крылья мятые, крышка капота горбом, фары разбиты, ни одного целого стекла в фургоне не осталось, в кузове и боковых дверцах виднелись дырки от бандитских пуль. Также было помято заднее крыло, а задние дверцы деформировались и их заклинило.
Подобрав с пола ломик, я открыл им дверцы фургона. Перед моими глазами встала картина, описываемая разве что в пиратских романах. На дне кузова громоздились разломанные деревянные ящики, из которых высовывались разные бронзовые статуэтки, старинные часы, по всему кузову россыпью лежали золотые и серебряные украшения, инкрустированные драгоценными камнями. У меня даже голова закружилась от таких сокровищ.