Второе и более важное: Честно сказать, основное в организованной тогда русской радиоразведке флота было не пеленговать силу сигнала, а прочесть и понять содержание передач противника, ведь кодовые книги немецкого флота наша разведка добыла. Только это же в те рыцарские времена – "Фи! И пардон муа, моветон!" Вот и раздули важность пеленгации с постов наблюдения, как дымовую завесу для этой неприглядной правды. И вот к началу войны все силы, а их и так не много брошены на реализацию этого мёртворождённого проекта, но ведь он для флота и во славу флота! Фактически развёрнутая сеть береговых постов превратилась просто в этакий вариант береговых синальщиков-наблюдателей за морем и не более того, с чем гораздо дешевле и качественнее справятся корабли патрульных сил ОВРа (Охрана Водного района). Но ведь в эту большую и неповоротливую систему вложены масса сил и средств, проходят тёплую службу на уважаемых должностях масса народа, вы, правда верите, что они признают всё мной написанное раньше и придут к Сталину или Кузнецову с идеей самораспуститься и выпороть их за бездарную растрату народных денег?! Фактически СНиС была сметена с доски только после войны валом развития новой техники, которая заменила и обесценила береговых наблюдателей с их биноклями…
А остальные связисты не из системы СНиС? Остальные обеспечивают связь с кораблями. Дело безусловно нужное! А где собственно связь командования и управления этим самым флотом и его составляющими? Опять, как уже говорилось, всё по остаточному признаку. Ну сами посудите, любой набольший проверяющий, который в связи ни в зуб, ни в другие места. И ему докладывают и показывают двадцать постов, где на каждом НЕСУТ службу и в море выразительно в бинокли морские пялятся и в журналы записывают даже мимо проплывших уток… А ещё тут такая рыбалка, ушица, и баньку матросы такую срубили… Думаете люди сильно изменились по сути своей? А по сравнению с этой КРАСОТИШ-Ш-ШЕЙ какие-то бездельники с головными телефонами сидят и НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЮТ!..
Реальный случай, рассказываю со слов: На радиоцентр узла "Газон" штаба ЗабВО приехал проверяющий. Пришёл, а во втором зале где четвёртая радиосеть из четверых что-то передаёт один, остальные просто сидят в головных телефонах и Великого проверяющего по уставу, мерзавцы такие, не приветствуют! В первом зале, где первая радиосеть и связь с узлами вроде "Рубина" и "Былины", которым "Газон" подчинён, из троих не работает ни один, все просто сидят. А шифровальщик вылезти из своей каморки вообще не пожелал, а только морду заспанную наглую высунул в окошечко и поведал, что не имеет права покидать комнату шифрования и в неё кого-либо пускать. Ну кто ж виноват, что у Макса по жизни помятая физиономия, и сказал он оскорбительную для слуха набольшего начальника святую правду? Вообще, не фиг было на стук всяких уродов высовываться! В результате проверяющий долго клеймил выявленных бездельников и дармоедов, которые тут окопались. А когда ему попытались объяснить, что работа в эфире это вообще-то вид боевого дежурства даже в самое мирное время и карают за всё, как на передовой, если связисты оплошают. Проверяльщик приказал, пока у них радиограмм по делу нет, чтобы не бездельничали, пусть хоть передовицы "Правды" передают, чтоб не балдели, а службу несли! Хорошо, что начальник связи ЗабВО полковник Мисюк был адекватным связистом и этот бредовый приказ отменил. Но это показательный пример. Ну не понимают военные, что есть службы, которые существуют в режиме "по готовности"![12] И что на самом деле сидеть и слушать эфир в ожидании изматывает часто сильнее, чем работа с абонентом. Ведь эфир, зараза, особенно ночью, так убаюкивающее поёт, свистит, трещит и мяучит, что не заснуть и не пропустить свои позывные, когда тебя начнут вызывать, очень не просто.
А если ещё и флот, где радостный трепет у любого возникает только при виде как можно бóльшей железной плавучей хреновины шаровой краской вымазанной и с медяшкой надраенной. Какое на таком фоне развитие связи? Не смешите мои тапочки! И кому, какое дело, что флотские командиры будут потом рвать последние седеющие на глазах волосы со своих плешек, оказавшись без связи и возможности хоть как-то повлиять на развитие ситуации в критический момент? Тогда они на долю секунды осознают, что связь нужна ДЛЯ УПРАВЛЕНИЯ, а не для показательных плясок вокруг неизвестно чего. Но этот порыв они забудут и задушат, едва оклемаются и телега будет скрипеть дальше по давно накатанной колее. Я совсем не хочу всех убедить, что склад с валенками и бушлатами важнее всех крейсеров. Речь только о том, что нельзя ничего выпячивать и в любом организме, в том числе и флотском, нужны и важны все его части без изъятия. Мне как-то не встречалось толпы желающих попасть к хирургу с целью отрезать себе ненужные мизинцы на руках, даже на фоне множества весьма странных людей. И может шутка: "Вы не смотрите, что я лежу и ничего не делаю! Знали бы вы, как я сейчас занят на клеточном уровне!" На самом деле не совсем шутка…
12
Реальная история. ("В память доктора Лисицына А.С. и о Каунасской дивизии ВДВ.") Доктор парашютно-десантного полка, это очень своеобразная планида. Десантная врачебная медицинская укладка, это здоровенный ящик килограмм семьдесят. А покидают самолет парашютисты совсем не в порядке количества и размера звездочек на погонах или сроков службы, а совершенно банально по весу, так что впереди доктора мало кто сможет протиснуться. К тому этот ящик крепится не на спину или живот, а очень даже под задницей, на которую доктору и суждено приземляться, то еще удовольствие, это вам не ДОСААФовское прыганье чудным летним днем из выкатывающего спортсменов пенсионера-кукурузника. Дивизию подняли по тревоге, приехали большезвездные и лампасные скоморохи из столицы. Словом, всё, как Родина велела, чтобы служба случайно медом не показалась. ЗИЛы и Уралы бодро подвозят упакованный личный состав к самым аппарелям разинутых самолетных трюмов. Командиры озабочены силой и направлением ветра. Бойцы сжались в ожидании необходимости подтвердить свое право на голубые тельняшки. Небо оно такое, шутить не любит и держаться в нём не за что, это не трамвай в час пик. Воняет авиационным керосином и выхлопом прогреваемых моторов… Вдруг меня выдергивают к какому-то незнакомому десантному генералу из проверяющих. — В общем, так, доктор! Я поверю, что ты здесь действительно зачем-то нужен, если через пять минут после приземления увижу в поле операционный стол, на нем лежит раненый с оторванной ногой, и ты его оперируешь! Все понятно?!.. Мотнул головой привычно "Так точно, ваш скабродь!". Отпущенный вялым жестом начальственной длани побежал к самолету… Мне кажется, что строевые генералы, как маленькие дети, живут в каком-то сказочном мире, где ему достаточно приказать "по щучьему (моему лампасному) велению" и солнышко забудет по небосводу бегать, а реки потекут между своих кисельных склизких берегов… "Охренеть, оказывается нас учили совсем не тому, в родной альма-матер имени Сергея Мироновича Кирова!"…