Эмир рассказал ей, что говорит Насреддин о пользе воздержания.
— Подари ему меня, — предложила невольница, — и ты убедишься, что Насреддин дает такие советы только потому, что у самого руки коротки.
Эмир согласился и подарил невольницу Насреддину. Насреддин был поражен ее красотой и безмерно обрадовался. Но как он ни пытался приблизиться к ней, она не подпускала его и прогоняла от себя. Наконец невольница сказала Насреддину:
— Если хочешь, чтобы я уступила тебе, посади меня на спину и прокати. Тогда я удовлетворю твое желание.
Насреддин согласился, но невольница поставила еще одно условие:
— Только надо тебя взнуздать и оседлать.
— Делай что хочешь, — согласился Насреддин.
А невольница тем временем послала эмиру весть, чтобы он пришел в дом Насреддина. Сама же оседлала Насреддина, взнуздала его, села верхом и давай гарцевать по комнатам. В это время вошел эмир, увидел Насреддина в таком плачевном состоянии и говорит:
— Не ты ли советовал мне воздерживаться от женщин? Как же ты дошел до того, что стал вьючной скотиной у женщины?
— Потому я и предостерегал эмира от женщин, — отвечал Насреддин, — чтобы он не превратился в осла, как я[562].
874. Золотая рыбка
Однажды Насреддин Афанди принес падишаху в дар маленькую золотую рыбку и получил из казны за это золотую таньгу. Как только Афанди вышел, визир упрекнул падишаха за чрезмерную щедрость.
— Если каждому за одну рыбешку будете раздавать по золотой таньге, очень скоро опустеет ваша казна! Ведь в реках неисчислимое множество рыб.
— А в самом деле! — воскликнул падишах. — Но что же теперь делать?
— Прикажите вернуть Афанди, — ответил визир.
Пока слуга ходил за Афанди, падишаха вдруг начало мучить сомнение:
— Совместимо ли с моим падишахским достоинством так сразу и сказать: «Верни мне таньгу!»
— Не беспокойтесь, ваше величество, — ответил визир. — Я задам Афанди вопрос: какого пола рыба? Если он скажет «самец», вы ему заявите, что вам нужна самка. Если он ответит «самка», вы скажете, что вам нужен самец. Вот и придется ему вернуть таньгу.
Когда Афанди вернулся, визир спросил его:
— Какого пола была ваша рыбка: мужского или женского?
Быстро разгадав коварство визира, Насреддин Афанди ответил:
— Она была двуполая, ваша милость!
875. Перстень без камня
Эмир подарил Насреддину перстень без камня. Насреддин в ответ провозгласил молитву за эмира:
— Всемогущий Аллах! Подари эмиру в раю дом без крыши.
— Почему без крыши? — удивился эмир.
— Как только на перстне появится камень, — отвечал Насреддин, — будет и крыша.
876. Медлительный осел и лучший скакун
В преклонных годах Тимур женился на молодой и очень красивой девушке из селения Агалык, что в одном фарсанге* от Самарканда. Вскоре молодая женщина отпросилась погостить у родителей, и Тимур очень скучал по ней.
Однажды он вызвал Афанди и приказал:
— Поезжай в Агалык и привези мне жену.
— Будет исполнено! — отвечал Афанди.
Он вернулся с женой повелителя спустя сутки. Тимур рассердился:
— Нет, нельзя было посылать тебя, старика, да еще на твоем медлительном осле.
Прошло некоторое время, и жена опять уехала в Агалык. В своем нетерпении Тимур на этот раз послал за ней молодого военачальника на горячем коне. Прошел день, прошел второй, и только через неделю жена наконец прибыла в Самарканд.
Тимур недоумевал:
— Твой медлительный осел, Афанди, оказался проворнее моего лучшего скакуна.
Афанди пробормотал себе под нос:
— Надо знать, кого посылать.
877. Заноза
Эмир Тимурленг попросил Насреддина Афанди вытащить занозу из ноги. Вооружившись иголкой, Афанди начал ковыряться в ноге Тимурленга, но не там, где сидела заноза, а вокруг нее. Долго возился он с ногой. Тимурленг, не выдержав боли, испустил ветры.
— Вот проклятая заноза! — усмехнулся Афанди. — Голос подает, а сама никак не хочет выходить!
878. Чтобы все были довольны
Один эмир завоевал город, в котором жил Насреддин. Воины дотла разграбили город, всячески издевались над жителями. Люди собрались в мечети и стали советоваться, как избавиться от их насилий. Насреддин взобрался на минбар* и сказал:
— О добрые люди! Не забывайте бога, и он воздаст непременно за добро и зло.