Правоверным ничего не оставалось делать, как порыться в кошельках и выложить Насреддину Афанди причитающиеся деньги. Афанди пересчитал монеты, положил их в карман, а потом заявил:
— Если хотите поднять головы, сначала заплатите мне за три года вперед, а нет, так лежите себе!
Правоверные снова полезли в кошельки. Когда Насреддин Афанди получил и эти деньги, он им сказал:
— А теперь можете смело распрямиться. Отныне я разрешаю вам опускать головы и поднимать их, когда вам вздумается!
1025. Скупая паства
Прихожане мечети, имамом которой одно время был Насреддин Афанди, отличались крайней скупостью. У них, как говорится, и снега нельзя выпросить зимой. Потому Афанди жил впроголодь.
Однажды после вечернего намаза прихожане окружили Афанди и обратились к нему с просьбой:
— Скажите, Афанди, а в раю есть мечеть?
— Там была мечеть, и очень красивая. Но райская паства была такая скупая, что имам той мечети чуть не умер от голода. Тогда Аллах разгневался и велел закрыть мечеть, — ответил Афанди.
1026. Что едят на четвертом небе?
Насреддин поселился в каком-то селении. Однажды он читал проповедь и, говоря о пророческой миссии Иисуса, сказал, что тот поднялся на четвертое небо. Когда Насреддин спускался с минбара*, одна женщина остановила его и спросила:
— Чем питается и из какого источника пьет на четвертом небе пророк Иисус?
— Странно! — отвечал Насреддин. — Вот уже два месяца я в этом селении, и ни одна живая душа не поинтересуется, что я ем и пью. А вот, поди же ты, про пророка Иисуса сразу захотели узнать![647]
1027. Худшее наказание
У Моллы совсем кончились деньги. Жена пристала к нему:
— Для чего ты столько учился? Пойди и побудь хотя бы несколько месяцев в селениях моллой*, привези немного муки и пшеницы.
Молла и сам видел, что ничего другого ему не остается, и был вынужден пойти по селениям. Но куда бы он ни приходил, ему всюду говорили, что у них есть свой молла, и не принимали его. Наконец, добравшись до одного селения, он увидел несколько крестьян, убивающих пойманную лисицу. Молла подошел к ним и спросил:
— Почему вы ее убиваете?
— Молла, — ответил один из них, — эта лисица не оставила у пас ни одной курицы, ни одного цыпленка. Наконец-то она попала к нам в руки. Мы должны ее убить.
— У вас ничего не выйдет, — сказал Молла, — дайте ее мне, и я так накажу ее, что она всю жизнь не забудет этого.
Крестьяне подумали и отдали лисицу Молле. Тот снял свою чалму, надел ее на голову лисицы, а затем накинул на нее свою абу* и выпустил.
— Молла, — спросили его, — почему ты выпустил ее? Что это за наказание?
— Вы ничего не понимаете, — ответил Молла. — Худшего наказания вы не придумаете. Теперь она стала моллой. В какое бы селение она ни пришла, ее отовсюду выгонят. Всю свою жизнь она будет нуждаться в куске хлеба и подохнет с голоду[648].
1028. Молитва о ветре
Насреддин служил имамом в мечети одной деревни. Крестьяне каждый год выделяли для него часть своего урожая, чтобы он молился за них. Но вот однажды крестьяне не уплатили Насреддину его доли и заявили, что был недород и, мол, не до него. Насреддин рассвирепел и закричал:
— А я вот возьму и не дам вам ветра — и весь ваш урожай останется на току.
И он вернулся к себе в город. Как на беду, тот год и правда оказался безветренным — и весь урожай дехкан остался на току. Они собрались и послали к Насреддину крестьянина с просьбой вернуть им ветер и обещанием платить вдвое больше прежнего.
— Мне надо самому приехать в деревню и на месте произнести молитву, — заявил Насреддин.
Крестьянам пришлось сложиться и оплатить его дорожные расходы. Встречать Насреддина собралась вся деревня. Его встретили с великим почетом, стали умолять произнести молитву о ветре и пообещали платить вдвое больше прежнего. Насреддин отправился в поле, прочитал молитву в носовой платок и велел каждому крестьянину подержать платок над своим гумном. Не успел еще платок обойти всех крестьян, как подул ветер, и они смогли провеять зерно. Крестьяне заплатили Насреддину обещанное. И до сих пор еще в деревнях, когда нет ветра, возносят молитвы за Насреддина[649].
1029. Скупые прихожане