К Афанди пришел человек и попросил:
— Говорят, у вас есть молитва, написанная по-арабски, которая предохраняет от всяких укусов. Дайте мне ее, а то у нас на улице есть бродячий пес, который не дает никому проходу.
— О наивный! — воскликнул Афанди. — Лучшая молитва от собак написана на конце толстой палки[687].
1116. Когда благодарить
Насреддин заболел, и приятель пришел навестить его.
— Благодари бога, — посоветовал приятель, но Насреддин возразил ему:
— Разве ты не помнишь слова Аллаха: «Если возблагодарите, умножу вам»?[688] Значит, если я возблагодарю его, то болезнь моя умножится.
1117. Все от бога
Однажды Насреддин Афанди сидел под стеной. Вдруг сорвался кусок глины и больно ударил Афанди по голове. Проходивший в это время мимо человек сказал:
— Все от бога… Богу было так угодно…
— Бог, бог! — вскричал Афанди в гневе. — Потащить бы его к казию за такие дела, да бесполезно: казий все равно оправдает его!
1118. Ну и бог!
Бедность всю жизнь преследовала Афанди. Сидя у стены своего убогого жилища, он обратился к богу:
— Боже! Если ты и вправду всемогущий, сжалься надо мной! Или избавь меня от этой голодной жизни и забери душу, или дай мне то, что я пожелаю.
Только вымолвил эти слова бедняк, как почувствовал, что рушится стена его обветшалой хижины, у которой он сидит… Отскочил Афанди в сторону и, когда стена рухнула, проговорил с усмешкой:
— Ну и бог! Попросишь счастья — дать не торопится, а лишь заикнешься о душе — он тут как тут!
1119. Сам виноват
Каждое утро Анастратин выходил работать на свое поле и каждое утро молился, указывая на свое поле небесам:
— Господи, вот поле твоего верного слуги, полей его щедро, чтоб оно дало добрый урожай.
Молился он так, молился, и вот однажды ночью разразился настоящий ливень.
— Ого, — сказал Анастратин, — пшеница теперь будет с меня ростом.
Утром он, радостный, встал и отправился на свое поле. Что ж он видит? Места не узнать. По полю несется бурный поток, вода затопила окрестности, сметает все на своем пути.
Анастратин обратил взор к небесам, вскинул вверх кулаки и сказал:
— Ты не виноват, господин. Это я сам, дурак, виноват, что показал тебе свое поле.
1120. Как иметь дело с Аллахом!
Не имея в кошельке ни гроша, Насреддин Афанди пошел в баню. Сидит он в бане и молит бога:
— О Аллах! Пошли мне хоть одну таньгу, не то я пропал.
Вдруг вздрогнула земля и обвалился кусок потолка. Афанди испугался: «Аллах разгневался на меня за то, что я попросил у него денег. Надо уходить, пока не развалилась баня!» Быстро собрался он и побежал. Он бежал до тех пор, пока не очутился у входа на базар. А там стоял в толпе дервиш и вопил:
— О Аллах! Пошли мне сто таньга! Если пошлешь даже девяносто девять, я не возьму их!
Тогда в гневе Афанди закричал на дервиша:
— Сейчас же возьми свои слова обратно, не то Аллах разорит весь мир. Я попросил у бога всего одну таньгу, и то баня начала рушиться. Эх ты, видно, не приходилось тебе еще иметь дело с богом!
1121. Если это тот Аллах?
У Афанди украли осла, и он сильно горевал по этому поводу. Один из друзей, желая успокоить Афанди, сказал:
— Не горюй, дружище. Аллах даст тебе другого осла.
— Если это тот Аллах, которого я знал до сих пор, — сказал на это Афанди, — то он дешевле, чем за десять таньга, ни за что не даст мне осла. А где я возьму столько денег?[689]
1122. Ходжа Настрадин не доверяет богу
Как-то летом ходжа Настрадин пошел молотить и накинул на плечи бурку. Соседи это увидели и спросили его:
— Эй, Настрадин, ты зачем в жару надел бурку?
А он ответил:
— Сейчас и вправду тепло, да только не доверяю я богу. То у него хорошая погода, а то град идет.
1123. Обет Моллы
Однажды Молла Насреддин вместе с сыном куда-то отплыли на корабле. В пути их застигла страшная буря. Волны бросали корабль, словно щепку. Молла, до тех пор никогда не видевший моря, поднял глаза к небу и взмолился:
— О всемогущий Аллах! Усмири эту бурю, избавь нас от беды! А я даю обет — как только доберусь до дому, поставлю в мечети свечу длиной с корабельную мачту.